Анатолий Кашпировский

Умный сайт - Анатолий Кашпировский
Анатолий Кашпировский

     Наверное, мало найдётся в России людей, которые не слышали об Анатолии Михайловиче Кашпировском. Ведь сравнительно недавно, в конце 80-х — начале 90-х годов минувшего века, огромная страна буквально замирала перед экранами телевизоров в ожидании его чудодейственных сеансов. Что это было?

В полной мере на этот вопрос трудно ответить даже с высоты прошедших лет. Совершенно очевидно одно: это не только «феномен Кашпировского», но и феномен социальной психологии, возникший в сложный переломный момент истории.

Сегодня звезда Кашпировского, можно сказать, закатилась. Правда, он продолжает гастролировать по городам и весям и, где только возможно, организует творческие встречи со своими почитателями. Но масштабы его деятельное и несоизмеримо малы по сравнению со временами бума, возникшего вокруг него.

По окончании Винницкого медицинского института Кашпировский работал психиатром; изучал теоретические источники, углублял профессиональные знания, но главное — постоянно находился в поиске новых форм и методов лечения — более эффективных, совершенных. Много экспериментировал.

Начиная с 1970 года он ездил по стране, выступал с лекциями-сеансами по линии общества «Знание».

География этих поездок была самая обширная: Винницкая, Хмельницкая, Тернопольская и другие области Украины, Южно-Сахалинск, Архангельск, Тбилиси, Котлас, Владивосток, Сыктывкар, Северодвинск, Чита, Соловки — всё не перечислить. Кажется, не было в Советском Союзе уголка, где не побывал Анатолий Михайлович. По мнению Кашпировского, настоящий психотерапевт — обязательно человек неординарный, целеустремлённый, с огромной силой воли, твёрдым характером, широким кругозором — неповторимая и яркая индивидуальность.

Во время работы в больнице, общения с пациентами, регулярных поездок по стране врач видел, сколько людей нуждаются в помощи. Оказать её всем было практически невозможно: нельзя объять необъятное.

Но Кашпировский считал, что должен совершить максимум возможного и продолжил поиск.

Выход подсказала жизнь. ТЕЛЕВИДЕНИЕ — вот что может помочь. ТЕЛЕМОСТ.

Но прежде чем выйти в эфир, он решил провести пробный сеанс — на стадионе. Это — не сто и не тысяча человек в зале. Десятки тысяч под открытым небом! Аудитория самая разнообразная. И лишь микрофон в руках…

Телемосты утвердили авторитет Кашпировского: Киев — Москва, Киев — Тбилиси, Москва — Киев.

По украинскому телевидению удалось провести пять сеансов по лечению детского энуреза.

В ответ пришло 55 600 положительных откликов. При этом 7 тысяч писем с благодарностями были получены и от больных, страдающих самыми разнообразными заболеваниями.

Более чем 14 тысячам больных помогли сеансы на украинском телевидении.

Оппоненты Кашпировского, отвергавшие метод его лечения, в основном являлись научными работниками, чья деятельность соприкасалась с психотерапией.

Было бы удивительно, если бы абсолютно все на «ура» приняли метод Кашпировского, стали изучать и популяризировать его. Каждое новое завоевание стоило ему немалых усилий, приходилось проявлять дипломатичность, настойчивость, железную логику доказательств. Как говорил сам Кашпировский, им двигало прежде всего чувство ответственности, сострадание, врачебный долг. А вот рассказ одного из очевидцев, присутствовавших на сеансе, который как стенографический отчёт передаёт все моменты общения психотерапевта с аудиторией.

«Не в театре ли чудес мы находимся? На сеансе Кашпировского!

— И если бы я сказал, что из ста гипертоников или астматиков присутствующих здесь, вылечатся все сто, вы наверно перестали бы меня уважать…

С букетом цветов к столу приближается мальчик лет пяти.

— Как тебя зовут? Расскажи нам, чем ты болел. Говори в микрофон.

— Я боялся оставаться без мамы, не мог ходить в садик, никуда.

— А сюда, на сцену, ты не боялся выходить без мамы?

— Не-ет.

— И в школу будешь ходить сам?

— Да-а.

— Вот и хорошо, молодец. Садись рядом. Ведь меня ты не боишься?

Мальчик улыбнулся. Ответ красноречивее слов. Зал переполняется доброжелательной атмосферой любви и доверия друг к другу.

Врач сдержанно счастлив: ещё один человек вернулся к здоровой жизни.

На сцену поднимается другой ребёнок, тоже с цветами. Кто-то его останавливает: не мешай дяде…

— Не возбраняйте детям приходить ко мне, — удивительно естественно звучит эта библейская новозаветная фраза в огромном, современно оформленном — с юпитерами и множеством микрофонов — зале Дворца культуры управления гражданского воздушного флота.

С пышным букетом худенькая, слегка застенчивая девочка рассказывает врачу и залу. Болела сахарным диабетом. Сегодня присутствует на третьем сеансе, в крови количество сахара нормализовалось, уже неделю обходится без инъекций инсулина…

— Спасибо вам большое.

Не успевает девочка покинуть сцену, как подходит другой ребёнок, постарше, кладёт букет на стол. Анатолий Михайлович предлагает подарить цветы девочке. И мальчик вручает розы неумело, но торжественно, как настоящий джентльмен, вызывая восторженную реакцию зала.

Разбор записок, ответы на них — важная часть сценария. Непредвиденные лирические отступления не сбивают психотерапевта, он профессионально направляет сценарий в нужное русло, поддерживая выверенный тон.

Стенографистка фиксирует и малозначительные на первый взгляд фразы и отдельные реплики. Однако её запись вряд ли может передать атмосферу, которая царит в зале. Больше удаётся оператору с кинокамерой.

Записки продолжают поступать.

— Вот пишут: бессонница, можно ли принимать снотворные? Отвечаю сразу: нельзя! Никаких снотворных!.. Спать ложитесь на свежем воздухе, или вымойте посуду, или уберите в квартире — всегда найдётся, чем заняться. Можно и почитать. Например, „Справочник молодого сантехника" или „Пособие для начинающего кукурузовода" (смех в зале). Запоминайте размеры гаек и болтов, названия пестицидов. А некоторым достаточно „Диалогов" Платона или гегелевской „Феноменальности духа", чтобы на первой же странице оказаться в объятиях Морфея. А если кто станет читать запоем до утра — беда невелика, на здоровье! А кто хочет, пусть рассматривает Большую Медведицу, проникает всё дальше и дальше — за пределы метагалактики, познаёт тайны квазаров и „чёрных дыр", думает о существовании наших предков… Да мало ли о чём можно размышлять в свободное время! Пусть ваш день будет заполнен приятными и полезными делами, живите так, чтобы вечером вы, как говорится, валились от усталости. Важно не просто существовать подольше, важнее знать, как жить и для чего. Старайтесь мало есть, много двигаться, напрягать мысль и мышцы: во всю эксплуатировать свой организм. „Истощать себя до гения", — как сказал Шукшин».

Человек существует в трёх ипостасях: как его воспринимают окружающие; каким он кажется самому себе; каков он на самом деле.

Необходимо стать собой, забыв — хотя бы на короткое время — все те условности и социальные роли, которые тяготеют над нами в повседневной жизни.

Организм — универсальная система. Он в силах самостоятельно избавиться от недугов, которые образовались вследствие различных нарушений и злоупотреблений, небрежного, бездумного отношения к себе.

Очень важно не мешать организму в саморегуляции, восстановлении биохимических процессов, эндокринной системы, приобретении иммунитета.

Примерно так понимал «секреты» Кашпировского среднестатистический пациент, при этом отдавая себе отчёт, что на самом деле вопрос саморегуляции намного сложнее.

Проще всего было тем, кто полностью, не мудрствуя лукаво, без оглядки доверялся «дорогому нашему Анатолию Михайловичу» — у таких людей был самый высокий показатель успеха.

Поразительно, как удалось ему вызывать чувства доверия, преклонения и восхищения у огромной аудитории. Однако недовольные Кашпировским тоже были — «уж больно он резкий, строгий»… Одна пациентка рассказывала:

— Посчастливилось попасть к Кашпировскому на приём, провели меня… Сидит он, что-то пишет. «Анатолий Михайлович, говорю, я хочу похудеть». Молчит. Я опять… Не поднимает головы. «Анатолий Михайлович, я хочу похудеть». И вдруг — будто пощёчина: «Меньше жрать надо!» И глаза-а… Я тут же выбежала. Ушла, как говорят, не солоно хлебавши, так мне тогда казалось. Ушла разочарованная: правду, мол, о нём говорят… А слышать приходилось и хорошее, и… разное. Короче, об этой встрече вскоре забыла, оставила и надежду когда-нибудь похудеть. Но стала замечать, что такого аппетита, как раньше, нет: съем немного, больше не хочется. Через неделю смотрю: платье на мне сидит как-то странно, другое примеряю — то же самое… Нашла платье десятилетней давности — в самый раз. А через месяц и оно оказалось слишком просторным. В конце концов пришлось обновлять весь гардероб — похудела на восемьдесят килограммов, до сих пор не верится. Фантастика…

Возможно, что в сеансах Кашпировского больше всего привлекала оригинальность. Каждый раз это была импровизация. И в этот процесс охотно включались все присутствующие, подчиняясь воле ведущего, которому доверяли.

Однако наблюдаемое и услышанное на сеансах — лишь малая часть айсберга, остальное — основное! — недоступно для непосвящённых. А посвящённый, собственно, только один — организатор таинственного действа. Только он владеет скрытыми пружинами и ниточками, умеет манипулировать ими…

А вот что писали о Кашпировском специалисты.

    Давно назрело комплексное обсуждение телепсихотерапии и других телечудес. Мы можем себя поздравить. Такого вида телеуслуг нет нигде в мире. У нас же ими охвачены миллионы. Поистине мы живём в стране чудес. Мы переживаем гипнотический бум. У нас активно выступают более 200 эстрадных гипнотизёров. Чумак «заряжает» воду в миллионах квартир. Газета «Вечерняя Москва» печатает «заряженную» фотографию Чумака (оговаривая, что срок «заряжения» 10 дней) и предлагает своим читателям использовать её «целебные свойства». Телепрограмма «Добрый вечер, Москва!» демонстрирует интервью с В. Авдеевым, который уверяет миллионы телезрителей, что и он готовит экстрасенсов и обучает их умению превращаться в лучистую энергию, чтобы переселяться на любые небесные тела. Он сулит нам не только здоровье, но и бессмертие. За последнее время пресса и телевидение узаконили новую профессию целителя-чудотворца. Очень выгодная профессия, сулящая большие деньги, славу, власть.

    Что же с нами происходит? Мы утратили чувство реальности. Плюрализм и гласность раздвинули границы возможного, но и границы ответственности. Если я признаю нечто существующим, то это значит, я руководствуюсь критериями реальности. Обычно эти критерии включают философские, мировоззренческие принципы, принципы науки и здравого смысла. Пресса и телевидение нередко игнорируют критерии реальности, научные оценки, идут на поводу массового вкуса, потребности в чудесах, то есть действуют по законам рынка. Неудивительно, что они поддерживают чудотворцев и нередко ограждают их от критики.

    Всё это бывало в истории, хотя и не в таких масштабах.

    Психотерапии и телечудес явно недостаточно для излечения наших социальных болезней.

        Д. И. Дубровский, профессор, доктор философских наук

    Мы рассматриваем феномен Кашпировского как некое отдельное явление. Действительно, сам по себе он незаурядная личность. После его телесеансов, к каким бы результатам они ни приводили, очевидно одно: проблема психического воздействия — очень серьёзная. Позитивно ли это воздействие или негативно — оно очень мощное, а следовательно, нуждается в серьёзном осмыслении.

    Феномен Кашпировского — это и феномен нас с вами. Его надо рассматривать прежде всего как феномен социальной психологии. Каким потребностям он удовлетворяет? Прежде всего это потребности в психологической и социальной защите, потребности утешения… В периоды крутой социальной ломки люди подчас ощущают состояние глубокого психологического дискомфорта. Подсознательно они ищут утешителя, сильную личность, способную их защитить.

    Кто обычно выполняет эту социальную функцию? Церковь, религия. Именно они дают ощущение прочности, незыблемости устоев. Раньше отчасти эту функцию выполнял и врач. У нас сегодня её выполнять практически некому.

    Питательной средой для феномена Кашпировского является дефицит взаимопонимания, кризис доверия, веры, ломка определённых и устойчивых ценностей. Всё это возникает, как правило, в периоды, когда старые рациональные кумиры и ценности подвержены сильной эрозии, и не ясно, какие новые ценности возникнут. В данном случае короля создают подданные. Если Кашпировский — король, то мы — те, кто с радостью несёт за ним его мантию. Здесь проявляются такие феномены массового сознания, о которых мы ещё очень мало знаем.

    Феномен Кашпировского ставит перед нами ряд проблем изучения реального состояния как индивидуального, так и общественного сознания. Состояние внушаемости возникает совершенно таинственным образом. Откуда, как и почему оно возникает? Я думаю, в нашем обществе всё ещё очень сильно сказывается груз неизжитых стереотипов прошлого. Прежде всего, стереотипов из массового авторитарного сознания. Во многих людях живёт потребность в патернализме, потребность переложить свои проблемы на кого-то, кто бы утешил, освободил от одиночества, растерянности перед непонятными и сложными явлениями. Возникает феномен жажды чуда. Ведь где человек может найти поддержку? В учителе? Нет, он прежде всего педагог-предметник. Врач? Тоже нет, он в лучшем случае лечит гастрит. Этик, философ? Они вяжут чулки из непонятных категорий. Психолог?

    У нас в обществе нет ни людей, ни социального института, которые взяли бы на себя эту потребность помощника, врачевателя души. Состояние массового сознания, его потребности, надо изучать одновременно с феноменом Кашпировского, Чумака и им подобных. Я не стала бы бросаться в крайности восхваления или отрицания. Не будем же мы в розетку совать пальцы: там ток, там сила, и она ударит. И здесь наличие этой силы очевидно, она даёт как положительные, так и отрицательные результаты. Давайте её уважать и изучать!

        Л. П. Буева, академик АПН СССР

    Меня часто призывают относиться к Кашпировскому и его телесеансам как к некоему курьёзу. Но, на мой взгляд, олимпийское спокойствие здесь неуместно. Это спокойствие за чужой счёт.

    Профессор Лебедев с цифрами и фактами показал ужасные последствия этого феномена. Подобные наблюдения есть и у нас. Скажем, после телесеанса 8 октября 1989 года, трансляция которого шла и на Болгарию, в Плевне, Русе и Софии медики зарегистрировали всплеск ухудшения состояния людей. В Софии наблюдался рост несчастных случаев, увеличилось количество вызовов «неотложки». Это тоже зарегистрировано в Институте скорой помощи имени Пирогова.

    25 октября я записал на болгарском телевидении беседу: «Телевизионные сеансы Кашпировского — за и против», другая тема — «Экстрасенсы — чудо, загадка, реальность!» и третья — «Биоэнергетические, парапсихологические явления и опыт их научного объяснения». У нас в Болгарии накоплен значительный материал, связанный с попыткой научного объяснения всех этих явлений. Однако в Москве моё интервью, взятое журналистом АПН, так и не было опубликовано — газеты от него отказались. Это своего рода парадокс гласности. Феномен Кашпировского действует против плюрализма мнений. Мы предложили у вас на телевидении показать наш болгарский фильм о подобных явлениях, однако нам поставили условие: в комментариях не касаться тем Кашпировского.

    Когда я шёл на эту встречу, ко мне подошли двое и предупредили, чтобы я не выступал. Иначе меня ждут, мол, большие неприятности. Так что проблема гораздо сложнее, чем на самом деле её рисуют. Меня уже не удивляют те овации дешёвым эффектам Кашпировского. Однако изумляет легкомысленное нежелание видеть возможные страшные последствия… Упрямое нежелание узнать мнения профессионалов, специалистов. Этими проблемами я занимаюсь двадцать лет, учился у академика Петра Кузьмича Анохина. Для того чтобы решиться на всесоюзные телесеансы, нужна же была хоть какая-то консультация с профессионалами. То, что Кашпировский на своих телесеансах показывает письма и телеграммы, — это не факты и не аргументы, это иллюстрация. Для профессиональных учёных это азбучные истины!

    Если всё-таки есть потребность показывать эти сеансы, то этот показ не должен переступать границу элементарной цивилизованности. То, что мы видим сегодня, — это же просто вандализм.

    Ещё в 70-е годы наш профессор Георгий Лозанов работал по проблемам суггестологии с использованием телепсихотерапии. Мы проводили и экспериментальные телесеансы, но только с теми, кто добровольно хотел под гипнозом выучить иностранный язык или же развить какие-то новые качества. Мы выяснили, что поначалу резервные возможности человека активизируются, наблюдается всплеск энергии, который благотворно влияет на человека. Но потом у многих людей идёт резкое ухудшение состояния здоровья. Мы заметили, что многие люди спустя три—пять лет очень серьёзно заболели, и физически, и психически, некоторые даже умерли. А это были люди изначально с отменным здоровьем.

    Если после ограниченных телесеансов у здоровых людей возникли такие серьёзные последствия, то можно представить последствия телесеансов Кашпировского, которые смотрят в основном больные люди. А кто знает, что произойдёт с нашими детьми? Успокоение тут выглядит весьма эфемерно. Я считаю, что Кашпировского нельзя называть врачом, поскольку его деятельность, его телесеансы не соответствуют главному принципу клятвы Гиппократа: «Не навреди». О какой врачебной этике здесь можно говорить!

    Многие психотерапевты считают, что если всё-таки сеансы Кашпировского будут продолжаться, если мы — учёные, интеллигенция — не в силах их остановить, то нужно хотя бы добиваться их показа в другом варианте — более корректном, более научно обоснованном. И мы готовы в этом помочь. Но проводить эксперимент в пределах как вашей страны, так и других социалистических стран недопустимо и преступно. А то после бедствия коллективизации нас может поразить недуг кашпировизации. Сейчас уже сформировалось такое понятие, как биоэнергетическое загрязнение. Телесеансы Кашпировского — это сильнейший и опасный биоэнергетический загрязнитель.

        Тодор Дичев, врач, кандидат философских наук, научный консультант Национального центра Болгарии по биоэнерготерапии

    Минздрав СССР занимает псевдообъективную позицию: раньше он всё запрещал, теперь всё разрешил. Позиция Русской православной церкви, решительно осуждающей подобные проявления примитивного язычества, мне кажется более научной.

    Всё дело в том, что будоражить иррациональные чувства, подкорку — далеко не безопасно. Это значит создавать атмосферу непредсказуемости, благоприятствующую возникновению разного рода массовых психозов, «эффекта толпы», агрессивности, легко приводящей к разгулу тёмных инстинктов. Необходим коллективный протест научной общественности с требованием прекращения этих телеспектаклей и придания гласности их подноготной. Я категорически хотел бы подчеркнуть, что телесеансы не имеют никакого отношения к психотерапии. Это один из примеров массового внушения.

    Но эти телешоу ещё и средства манипулирования общественным мнением. Ни в одной уважающей себя стране никто не допустил бы подобного.

        Ю. С. Савенко, кандидат медицинских наук

    Ещё в конце прошлого столетия И. Павлов вместе с С. Боткиным обосновали принцип нервизма — это гигантское, чрезвычайно важное для человечества учение о роли высших отделов центральной нервной системы как верховного распорядителя всех функций организма. И на этом принципе основаны эффекты психотерапии и тех явлений, которые нередко обозначают как таинственные и загадочные. Возможности человеческого мозга, вообще нервной системы очень велики.

    Сам по себе Анатолий Михайлович, конечно, уникальное явление. Эффекты его, безусловно, очень значимые, серьёзные и реальные. И основаны они на нервизме. Слово оказывает своё воздействие через нервную систему на любые расстояния.

    Анатолий Михайлович обладает большим искусством. «Медицинская газета» предлагает провести эксперименты в клинических условиях. Возможно! Но я думаю, что сила психотерапевтического эффекта происходит как раз благодаря тому, что врач-психиатр ничем не скован, он свободен. Эксперимент же накладывает ограничения на психотерапевта, они могут значительно снизить лечебный эффект.

    Я думаю, что на успех Анатолия Михайловича в значительной степени влияет и ореол его славы. Поэтому он прав, говоря о том, что, если будут снижать его авторитет, он потеряет своё психотерапевтическое воздействие.

    С другой стороны, телесеансы, безусловно, должны быть пересмотрены. Формула, которой пользуется Анатолий Михайлович, хотя и позитивна в своей основе, тем не менее, безусловно, имеются и противопоказания. Среди миллионов зрителей и слушателей, которые прикованы к экрану телевизора, — у них психоэмоциональное напряжение очень высоко, особенно у страждущих людей, — среди этих миллионов есть единицы, десятки, а может, даже и сотни людей, которым напрягаться нельзя, противопоказано, какая бы позитивная формула внушения ни была. Поэтому возможны осложнения.

    Я считаю, что Кашпировский — это явление уникальное, и его надо использовать в здравоохранении как можно шире. Однако массовые телесеансы чреваты и отрицательными последствиями.

        М. Г. Айрапетянц, профессор, доктор медицинских наук
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про Эйфелеву башню
Интересное про Акрополь
Интересное о Чайна-таунах
Интересное про очки
Города майя
Джозеф Листер
Евгений Патон
Собор в Куско