Луиза-Франсуаза Де Лавальер

Умный сайт - Луиза-Франсуаза Де Лавальер

Луиза-Франсуаза Де Лавальер

     В XVII веке во Франции на престоле находился Людовик XIV, прозванный «король-Солнце». Он остался в истории не только из-за роскоши своего двора, постройки Версаля, ведения войн, но и благодаря своим многочисленным фавориткам. Их содержание обходилось государственной казне дорого, а многочисленные дети короля получали титулы герцогов и графов, воинские звания адмиралов и генералов, и все они обладали большим личным состоянием.

О роли фавориток при короле прекрасно написал кардинал Ришелье в «Мемуарах»: «Надо признать, что, коль скоро мир погубила именно женщина, ничто не может нанести государствам большего вреда, чем женский пол, который, прочно утвердившись при тех, кто ими правит, чаще всего заставляет государственных мужей поступать так, как этому полу заблагорассудиться, а это значит поступать плохо».

Большинство женщин, которые окружали Людовика XIV, активно занимались политикой, назначали и снимали с государственных постов. Большинство, но не все. Луиза де Лавальер, находившаяся рядом с королем около десяти лет, любила не короля, а Людовика, любила искренне и бескорыстно. Ее имя осталось в истории Франции наряду с именами Марии Манчини, де Монтеспан, де Ментенон, но как полная им противоположность.

Луиза-Франсуаза де Лабом Леблан, маркиза де Лавальер, герцогиня де Важур – таково полное имя той, кого мы с ранней юности привыкли считать первой и единственной любовью виконта де Бражелона, героя бессмертного романа А. Дюма. И также первой большой любовью французского короля Людовика XIV. Она родилась в 1644 году в Туренни, в небогатой аристократической семье. С детства она обожала лошадей и часто каталась верхом. Во время одной из таких прогулок Луиза неудачно упала с лошади, повредив позвоночник и ногу. Эта травма имела последствия – она осталась хромой, но не переставала любить лошадей всю дальнейшую жизнь. Рано лишившись отца, она воспитывалась в замке Блуа, принадлежавшем Гастону Орлеанскому. Вот как описывал ее современник: «Девица эта роста посредственного, но очень худощава; походка ее неровная, хромает. Она белокура, лицом бела, рябовата, глаза голубые, взгляд томный и по временам страстный, вообще же весьма выразительный. Рот довольно велик, уста румяные. Она умна, жива, имеет способность здраво судить о вещах, хорошо воспитана, знает историю и ко всем своим достоинствам одарена нежным, жалостливым сердцем».

Ее история, описанная в романах, недалека от реальных событий. Она была воспитана в старой доброй традиции, определявшей жизнь провинциального французского дворянства на протяжении веков – в любви и преданности монархии и монарху, в милосердии, кротости, почтении к старшим. Она покорно выслушала весть, что маркиз де Бражелон просил ее руки, и маркиза де Сен-Реми дала согласие на брак дочери. Свадьба должна была вскоре состояться, но вмешался рок – через несколько месяцев умирает дед Луизы, живший большую часть времени с ними – барон де Лабом, а вслед за ним и мать Луизы.

Незадолго до своей смерти маркиза, как бы предчувствуя свой скорый конец, выхлопотала дочери место фрейлины при дворе жены брата короля принцессе Генриетте Английской. Луиза, представленная двору, там не знала никого, но всем понравились ее молодость, привлекательность и скромность, которая находилась в резком противоречии с придворными нравами. Именно за это и полюбил ее в те годы еще совсем молодой, 23-летний, король Людовик. Даже легкая хромота Луизы не портила девушку – с детства привыкнув скрывать ее, она выработала особую, плавную походку, которая делала ее недостаток практически невидимым.

Еще до представления Лавальер двору там произошли значительные события: умер первый министр Людовика, человек, который от лица короля управлял долгие годы, тайный муж его матери, кардинал Мазарини. Именно он в течение многих лет вытаскивал страну из той ямы, куда ее затолкали религиозные войны, сепаратизм и претензии аристократов. Он оставил Людовику дела, в общем-то, в хорошем состоянии. И именно он научил молодого короля, ненавидевшего его, но не имевшего сил бороться с ним в открытую, многому из того, что должен был знать и уметь правитель.

Но ничто человеческое молодому королю не было чуждо. Через год после свадьбы потянулась бесконечная череда его любовниц и фавориток, в ряду которых Лавальер было суждено занять особое место. К моменту встречи с Лавальер король уже пережил любовную драму – его любовь к Марии Манчини, племяннице Мазарини, любовь взаимную, закончившуюся расставанием. Теперь же он был уже женат – на испанской инфанте, которая стала его женой по династическим и политическим соображениям, но отнюдь не по любви.

Король начинает часто бывать у жены своего брата – принцессы Генриетты, находя в этой остроумной и начитанной женщине душевное сходство с Марией Манчини. Принцесса при дворе была почитаема и любима многими, в том числе и ее новой фрейлиной Луизой де Лавальер. Познакомившись с ней, Людовик не нашел в новой фрейлине ничего особенного. Но Луиза сразу же влюбилась в короля, что не осталось незамеченным среди окружающих и послужило поводом для не всегда лестных высказываний.

Вскоре Людовик устроил в Фонтенбло праздник, в ходе которого все демонстрировали свое умение танцевать. После праздника фрейлины делились впечатлениями о танцорах. Когда же попросили высказать свое мнение Луизу, она запинаясь ответила, что не понимает, как можно было обращать на кого-то внимание, – ведь там был король. Она говорила от чистого сердца – так ее воспитывали. Не могла она знать тогда, что ее слова случайно слышал виновник разговора, и понял, что его любят искренне, любят не титул, не власть, а его самого. Он начал искать ту, кого запомнил по голосу, и вскоре узнал, что таинственной незнакомкой оказалась Луиза. На одной из прогулок в Венсенском лесу король признался молодой девушке уже в своей любви.

Но Лавальер не совсем обычная придворная той куртуазной эпохи. Любовь короля ее не столько радует, сколько страшит: она видит, что у этого чувства нет будущего – ведь король женат. И ее любовь, и любовь короля – греховные чувства. Однако король не привык отступать. Он начинает писать возлюбленной письма, умолять о свидании, дабы уверить ее в необходимости дальнейших встреч.

Луиза понимала, что ни к чему хорошему эти встречи не приведут, и все же согласилась. Вскоре она решает покинуть двор, чтобы не продолжать начавшийся роман, но затем снова возвращается к обязанностям фрейлины по просьбе короля.

А тем временем двор находил все больше и больше подтверждений тому, что Луиза любит короля, и, как вскоре стало известно, любовь эта взаимна. Мать Людовика – Анна Австрийская – любила устраивать для родни беспроигрышную лотерею. На этот раз главный приз выиграл Людовик: им оказались бриллиантовые браслеты, которые король подарил Луизе.

Принцесса Генриетта, поняв, что не она завоевала сердце короля, воспылала к Луизе ненавистью. При дворе образовались две партии: одна – за Генриетту, другая – за Лавальер. Под влиянием приехавшей графини де Темин, Луиза вдруг осознала, что все зашло слишком далеко, и уехала из королевского замка в Шальотский монастырь. Но Людовик снова попросил ее вернуться. Выполняя его желание, Луиза возвращается в услужение к ненавидящей ее Генриетте, тем самым как бы искупая свою вину за любовь.

Луиза не оставляла мысли об уходе и расставании с Людовиком. Но болезнь обожаемого короля все изменила Лавальер не только не покинула двор, но и стала официальной фавориткой.

В эти дни король дает праздник своему двору, на котором придворные – в том числе и сам Людовик – изображали средневековых рыцарей. Символом короля была полураспустившаяся роза, скрытая до половины листьями, и слава девиза: «Чем меньше показывается, тем прекраснее». Всем все было ясно.

Через положенное природой время у короля и Луизы родилась девочка. Маленькая мадемуазель де Блуа положила собой начало череде королевских детей от фавориток. Рождение дочери у Лавальер окончательно подтвердило, что при дворе Людовика XIV появилась официальная фаворитка, которая стала одной из самых необычных фавориток среди множества других женщин, находившихся в подобной ситуации.

Луиза со временем начала привыкать к своему положению. В 1663 году король перевез ее во дворец – поближе к себе. Это уже было явным подтверждением их связи и явным признаком благоволения – скрывать было нечего. На следующий год он уже открыто и демонстративно играл с ней в карты, подтверждая свою неутихающую венценосную дружбу у всех на глазах.

Затем король купил своей фаворитке дворец, в одной из комнат которого она нашла еще один подарок короля – ларец с драгоценностями. Она продает бриллианты и на вырученные деньги основывает два госпиталя: для бедных стариков и для воспитания бедных сирот. Две недели она никуда не выходила из своего дворца, привыкая к своему новому положению, а когда вышла после добровольного заточения – двор был у ее ног. Ее признали своей новой повелительницей, и весь двор считал за честь раболепно прислуживать ей. Началась официальная эпоха фаворитизма. Король пребывал в твердой уверенности, что, любя его, Лавальер должна оставить все свои мрачные думы и предаваться беспечальному счастью. Луиза молчаливо сопротивлялась.

У Луизы и Людовика было четверо детей, из которых выжили только двое. Их дочь – мадемуазель Нант, будущая принцесса Конти, была первой, кто основал традицию, согласно которой Людовик всеми силами стал сближать своих незаконных детей со знатнейшими родами Франции, с принцами по крови. В дальнейшем, любя своих незаконных детей больше, он даже уравняет их с законными родственниками, дав им право на возможность занятия французского престола. Другим ребенком был сын – граф Вермандуа, который станет адмиралом Франции.

Луиза пребывала по-прежнему в плену своих дум. Политикой она не интересовалась, гипертрофированным честолюбием не страдала, особым корыстолюбием тоже, всецело полагалась на щедрость Людовика, которая, надо сказать, ее не обманывала. Ее детьми также занимался Кольбер. Почти сразу же после рождения их отдавали ему, и он вместе с женой воспитывал их в строгости и послушании.

Сама Луиза не желала узаконения своих детей, дабы они не возгордились и им не пришлось бы в дальнейшем испытывать разочарований. Однако Людовик настоял на этом. И мадемуазель Нант, родившаяся в 1666 году, на следующий год была узаконена парламентом и получила патент на свое узаконенное происхождение.

По поручению Людовика Кольбер купил для Луизы имение Важур в Ренси, и отныне Луиза стала герцогиней Важур. Произошло это 13 мая 1667 года. Но еще за год до этого стали заметны признаки охлаждения короля к Луизе: на его любовном горизонте начала восходить новая звезда – маркиза Франсуаза Атенаис де Монтеспан.

Двор принял эту новость спокойно, ибо здесь Луизу не любили: она постоянно грустила, стало быть, никаких празднеств не хотела и не просила о них короля. И самое главное – она не слишком интенсивно протежировала своим друзьям и сторонникам. Фаворитам подобного не прощают.

Началу романа короля с Монтеспан предшествовал пролог, в ходе которого умная, честолюбивая, проницательная Франсуаза сумела подружиться с Лавальер. Луиза, истомленная отсутствием родственной души, все доверчиво рассказывала новой подруге. Королю же Луиза с восторгом рассказывала о Монтеспан, тем самым обратив внимание монарха на нее.

Объяснение Людовика и Франсуазы произошло на балу у принцессы Генриетты. Умная женщина не стала хаять свою начинающую уходить в тень соперницу. Она ее даже хвалила, хотя не упустила возможности выставить себя в лучшем свете, сравнивая себя с Луизой. Ее слова Людовик повторит Луизе перед окончательным разрывом с ней.

Но все это будет позднее. Пока же Людовик уехал на войну во Фландрию, и жена его как-то невольно сблизилась с Луизой, мучаемая тем же страхом за жизнь короля. Вскоре Франция одержала победу, и дружба соперниц кончилась.

Первая встреча Луизы с возвратившимся из похода королем прошла холоднее, чем обычно. И Луиза поняла, что любовь Людовика к ней прошла. Она опять уезжает в Шальотский монастырь, надеясь, что вновь король приедет за ней сюда. За ней приехали, но не король, а принц Конде. Она вернулась, а Людовик, встав на колени перед ней и поставив рядом дочь, сказал: «Не оставляйте нас более». Двор – чуткий барометр, к тому же раздраженный надменностью и гордыней Монтеспан, которые она пока только начала проявлять – переметнулся к Луизе.

Но король уже любил Франсуазу – Лавальер была лишь привычкой.

Тем временем Людовик завоевывает Франконию и устраивает по этому поводу праздник. Опять были рыцари и девицы. На щите короля был символ Франсуазы: на ее любимом лазоревом цвете прекрасная алмазная звезда, окруженная множеством других малых звезд, и девиз: «Блистательнейшей и прекраснейшей». Для Луизы это стало ясно, что положен конец отношениям ее и Людовика.

Жена маршала де Бельероне пригласила Луизу на постриг своей старшей дочери, решившей уйти в монастырь. И Лавальер внезапно поняла, в чем ее спасение от мук неумолкающей преступной любви и ревности. Она тоже решает стать монахиней. Последней каплей ее чаши терпения было желание короля, чтобы она стала крестной матерью младшей дочери Монтеспан. Она стала ею, а на следующий день приехала к настоятельнице строгого кармелитского монастыря на бульваре Сен-Жак. Настоятельница дала ей шесть месяцев на размышление.

Узнав об этом, король взял с Луизы слово, что она еще год пробудет при дворе, в надежде, что она одумается. Луиза смиренно согласилась, но публично объявила о своем скором пострижении. Прошел год, 2 июня 1674 года она приехала в монастырь и встала на колени перед игуменьей: «Почтенная мать. Я всегда во зло употребляла свою волю. Теперь вручаю ее в Ваши руки, чтобы никогда уже не пользоваться ей».

Перед уходом в монастырь Луиза упала на колени перед королевой и получила у нее прощение за все свои прегрешения. Детей она оставила на попечение отца. Она подводила все земные дела, дабы уйти с легким сердцем.

Сестра Людовика проведет в монастыре 36 лет. Королева, пока будет жива, часто будет навещать ее. Король, имя которого Лавальер как последнее «прости» примет при постриге, не навестит ее никогда.


Не забудьте поделиться с друзьями
Во время депрессии лучше принимаются решения
Интересное о лотереях
Интересное о Чайна-таунах
Почему девочки любят розовый цвет, а мальчики синий?
Александр Флеминг
Линкольнский собор
Чингисхан
Кузьма Сергеевич Петров-Водкин