Петр Христианович Витгенштейн

Умный сайт - Петр Христианович Витгенштейн

Петр Христианович Витгенштейн

     Княжеский род Витгенштейнов происходил из рейнской Франконии. Его родоначальником стал Стефан фон Спонгейм (Шпангейм), живший в XI веке. Его сын Эбергард в 1128 году стал в роду первым графом Спонгеймским. В XIII веке потомок первого графа, Готфрид II, женился на Аделаиде Сайн, которая была последней представительницей рода Сайнов. Дабы род Сайнов не пресекся, в 1247 году Готфрид унаследовал от жены не только земли, но и имя. А спустя чуть больше века, в 1361 году, граф Валентин Сайн тоже путем женитьбы на последней представительнице рода Витгенштейнов принял фамилию Сайн-Витгенштейн.

В начале XVI века род разделился на три ветви, старшая из которой стала именоваться Сайн-Витгенштейн-Берлебург. Ее представителем был граф Христиан-Генрих, возведенный в княжеское достоинство Священной Римской империи в 1792 году с титулом Светлости. К младшей линии рода принадлежали графы Сайн-Витгенштейн-Людвигсбурги. Одним из самых известных представителей этой линии Витгенштейнов стал Христиан-Людвиг-Казимир. Он родился 12 июня 1725 года в семье Людвига-Франца и Елены-Эмилии-Сольм-Барут. Выбрав карьеру военного, он начал службу в Вальденском пехотном полку в качестве адъютанта фельдмаршала князя Вальденского. Участвовал в войне за австрийское наследство и дослужился до чина подполковника. В 1752 году Христиан Витгенштейн уехал в Россию, где и подал прошение о зачислении его на русскую службу. При заполнении послужного списка, он указал только службу в Нидерландах, а о последующем служении ландграфу Гессенскому умолчал. На русскую службу он был принят с чином капитана и зачислен в полевые полки. К 1755 году Христиан Витгенштейн стал премьер-майором, параллельно имея гессенский патент на чин подполковника.

Во время Семилетней войны Христиан Витгенштейн отличился во многих сражениях, и в 1760 году он был произведен в полковники. При осаде Кольберга в 1761 году он был тяжело ранен и попал в плен, а вернувшись после размена пленными в Россию, он был произведен в чин генерал-майора. После недолгого отпуска Христиан Витгенштейн командовал различными войсковыми частями. Последней войной для него стала русско-турецкая (1769). Части под его командованием входили в состав 2-й армии под командованием Панина. Витгенштейну было поручено взятие Бендер. Но, несмотря на активные действия его войск и даже небольшой успех, взять Бендеры не удалось из-за отсутствия осадной артиллерии.

В кампании следующего года Витгенштейн не участвовал, а в 1771 году вышел в отставку в чине генерал-поручика.

Первый брак с графиней Эмилией Финкенштейн дал ему двух сыновей, Павла и Петра, и дочь Амалию-Луизу. Сын Петр пошел по стопам отца, выбрав для себя карьеру военного. С детства он мечтал лишь об одном – о воинской славе во благо государства. И 1812 году Петр Христианович Витгенштейн был удостоен почетного звания-титула «Спасителя Петербурга».

Петр Христианович Витгенштейн родился 25 декабря 1768 года (по новому стилю – 5 января 1769 года) в городе Переяславле в Малороссии. Он рано лишился матери – она умерла в 1771 году, и после вторичной женитьбы отца на Анне Петровне Бестужевой-Рюминой (урожденной княжне Долгоруковой) воспитывался в доме ее родственника графа Салтыкова.

На 14 году жизни его мечта начинает приобретать черты реальности: в 1781 году он поступает на службу в Семеновский полк сержантом. С 1790 года он офицер, корнет. К 1793 году, когда произошло его боевое крещение, он пребывал уже в чине майора.

Крещение это произошло в войне с Польшей в корпусе Дерфельдена, куда Витгенштейн попросился волонтером. Там он выбрал авангард корпуса, находившийся под командованием Валериана Зубова, и именно в его составе впервые схватился с противником под Дубенкой. Вскоре его пожаловали за боевые отличия чином подполковника, и почти тут же судьба предоставила ему шанс оправдать столь высокое отличие.

Дело было под Остроленкой 18 октября 1794 года. Русские войска атаковали противника, который усердно защищался. Особенно отличалась одна из его артиллерийских батарей, наносившая значительный урон. Ее надо было нейтрализовать, и начальник Витгенштейна генерал-майор Козенц обратился к молодому офицеру:

– Подполковник! Хотите ли Георгия?

Витгенштейн, зная о чрезвычайной редкости и ценности этой награды, нашел в себе силы, лишь немного побледнев, кивнуть. Генерал указал рукой на польскую батарею:

– Заставьте ее замолчать!

В тот же миг в руке подполковника блеснула сабля. Его эскадрон, за месяцы боев привыкший к молниеносным решениям своего командира, тотчас же с места пошел рысью. Лаву возглавил сам командир.

Подполковник первый скрестил клинок с конницей противника, попытавшейся было прикрыть своих артиллеристов, и он же первый ворвался на батарею, разметав в пух и прах ее прислугу. Эскадрон Витгенштейна сбил батарею и даже сумел прихватить одну из вражеских пушек, за что командир получил Георгия 4-й степени. Всего лишь под номером «602», хотя награждали им к тому времени уже более четверти века.

Были у него и другие бои в Польше, включая и знаменитое взятие Варшавы. Затем он принял участие в походе Валериана Зубова на Кавказ и вместе с ним брал Дербент. Именно он, отличившийся при штурме этой доселе считавшейся неприступной крепости, был послан в Петербург с ключами от крепости и извещением о ее падении, что сделало его полковником.

К 1805 году, к моменту начала войны с Наполеоном, он уже пять с лишним лет находился в чине генерал-майора.

Первое боевое столкновение русских и французов состоялось 22 октября 1805 года, а через два дня произошло сражение при местечке Амштетен, где Витгенштейну удалось вписать еще одну яркую страницу в боевую историю военного ордена России.

Здесь, у этого селения, маршал Франции Мюрат, быстро двинувшись вперед, настиг русский арьергард, бывший под командованием Багратиона. Французов было значительно больше, так что русский главнокомандующий Кутузов, который приехал к Багратиону как только услышал о приближающемся неприятеле, решил не искушать судьбу и отдал приказ усилить арьергард отдельным отрядом, составлявшим его резерв. Этим отрядом командовал Милорадович. Когда он подошел к месту сражения, то увидел, что подоспел воистину вовремя: Мюрат уже сталкивал князя Петра Ивановича с его позиции. Поэтому, пропустив Багратиона, Милорадович, в свою очередь, преградил французам дорогу, выстроив свои силы в две линии.

Мюрат с ходу ударил по его правому флангу. Там стояли малороссийские гренадеры, и они устояли. Тогда французский полководец решил обмануть судьбу и перенес свой удар на левый фланг Милорадовича. Этим флангом командовал Витгенштейн, имевший в подчинении мушкетеров, егерей и мариупольских гусар. С ними он и отбил новый приступ неприятеля.

И дабы окончательно отвратить французов от их наступательных намерений, которые они опять начинали испытывать, русские генералы повели в штыки гренадерские батальоны Апшеронского и Смоленского мушкетерских полков. При этом Милорадович крикнул:

– Гренадеры, вспомните, как учил вас работать штыком в Италии Суворов!

Русские батальоны с маху ударили по гренадерам Удино. Бой дошел до крайнего ожесточения – раненые после перевязки, отмахиваясь от докторов, торопились в строй. Собственно, не в строй, – какой строй при долгой штыковой? – а в сечу, сознавая, что в таком горячем деле каждый штык на счету, каждый может решить исход общего дела.

И это дело выиграла русская пехота. Ведомая своими командирами, она сломила неприятеля и обратила его в бегство. Так Милорадович стал начальником арьергарда, а Витгенштейн отныне прикрывал движение арьергардных частей. Прикрывал, будучи уже кавалером ордена Св. Георгия 3-й степени.

Были потом еще и жаркие схватки, и блистательные сражения: и в этой войне с Наполеоном, и позже с турками.

Отечественную войну 1812 года Витгенштейн встретил генерал-лейтенантом и командиром 1-го корпуса армии Барклая-де-Толли, корпуса, прикрывающего Петербург и действующего в отрыве от основных сил. По сути – маленькая самостоятельная армия. И ее командир доказал, что не зря столь трудное дело защиты русских земель от Двины до Новгорода было доверено именно ему. Доверено в момент наивысшей опасности для страны, когда общепризнанные военные авторитеты, генералы Багратион и Барклай-де-Толли, пользовавшиеся в армии и обществе широкой известностью, посчитали во многом свою задачу выполненной лишь потому, что неприятелю не удалось окружить русские армии, расчленить и уничтожить их; когда даже отступление признавалось за удачнейший маневр. Именно в это время корпус Витгенштейна вступил в поединок с тремя корпусами Наполеона, сковал их силы и вырвал стратегическую инициативу.

Когда 1-я армия начала движение из Дриссы к Витебску, то Витгенштейн был оставлен на правом берегу Двины, прикрывая своим корпусом весь север России. Маршал Наполеона Удино получил от своего императора повеление очистить от русских правый берег Двины. Русский и французский корпуса начали отдельную от главных армий борьбу.

13 июля разведка донесла Витгенштейну, что Удино идет на Себеж, желая соединиться там, в тылу русского корпуса, с корпусом Макдональда, также форсировавшего Двину, и тем самым отрезать русские части от Пскова. Соединенные силы французов в этом случае легко бы смели русский корпус. У Витгенштейна было на раздумье мало времени. Равно, как и вариантов действий: или поспешно отступать, или попытаться разбить корпуса французов поодиночке, постоянно опасаясь удара по своим тылам. Но отступление открывало противнику дорогу на столицу – на все 600 верст от Двины до Петербурга не было никого, кроме шести рекрутских батальонов, располагавшихся во Пскове, а за корпусами наполеоновских маршалов стояла вся армия императора, подкреплявшая противостоящие Витгенштейну силы сначала из Витебска, а затем из Смоленска. И все же русский генерал выбрал второе, понимая, что, воистину, если не он – то кто?

Он пишет 17 июля донесение: «Я решился идти сегодня же в Клястицы, на Псковской дороге, и 19-го числа на рассвете атаковать Удино всеми силами. Если с помощью Всевышнего его разобью, то уже с одним Макдональдом останусь спокоен».

Корпус двинулся к Клястицам. С одновременным приказом генерал-майору Гамену, стоявшему со своим отрядом ближе всех к Макдональду, тревожить его ложными маневрами и защищать каждую пядь земли на дороге, которая – если Макдональд рискнет по ней двинуться, несмотря на все движения Гамена – приведет его корпус в тыл к русским.

18 июля движение продолжалось. В авангард корпуса Витгенштейн поставил Кульнева с приказом занять Клястицы, если сие будет возможно. Но селение уже было занято французами – там был Удино.

Французский император писал своему полководцу: «Преследуйте Витгенштейна по пятам, оставя небольшой гарнизон в Полоцке, на случай, если неприятель бросится влево. Прибыв в Витебск, я отправлю к Невелю корпус, долженствующий войти в сообщение с вами. Когда вы двинетесь из Полоцка к Себежу, вероятно, Витгенштейн отступит для прикрытия Петербургской дороги. У него не более 10 тысяч человек, и вы можете идти на него смело».

Так вот смело, выполняя волю своего повелителя, Удино и шел: в Сивошине он оставил пехотную дивизию Мерля, а с двумя другими – Леграна и Вердье – и двумя кавалерийскими дивизиями пошел к Себежу. Заняв Клястицы, маршал приказал Леграну занять селение Якубово, бывшее в трех верстах.

Передовые части Леграна Кульнев обнаружил в лесу уже за селением и начал теснить их непосредственно к Якубову. Французы пытались, зацепившись, отбить наскоки и трижды переходили в контратаки, но к ночи, когда сам Витгенштейн привел в подкрепление авангарду два полка егерей, а за их плечами уже просматривалась 5-я дивизия русского корпуса под командованием генерал-майора Берга, солдаты Леграна откатились к селу.

Бой был упорный, что дало возможность русскому генералу прийти к выводу (а потом и удостовериться из ответов пленных) о значительности сил, сконцентрированных здесь Удино. Медлить отныне было уже совсем невозможно, и Витгенштейн решил атаковать французов с самым рассветом, дабы отбросить их от Себежской дороги.

В 3 часа утра он начал наступление: после канонады егеря 23-го полка ворвались в Якубово, но были отброшены оттуда после ожесточенной штыковой. Удино, развивая минутный успех, сам бросил вперед против русского центра густые колонны пехоты. Их наступательный порыв был, казалось бы, полностью погашен русской картечью. Однако подкрепленные свежими силами, французы вновь пошли вперед. И вновь безуспешно. Попав под перекрестный огонь батарей, неприятельская пехота заколебалась.

А затем первая линия русской позиции под началом Берга двинулась вперед: полки Севский и Калужский, с частью гродненских гусар – на центр Удино, Пермский и Могилевский – на правый его флаг, а три егерских полка – на левый. И французы не выдержали и начали отступать Витгенштейн позднее писал: «Быстрое движение дивизии Берга, ободряемой примером всех начальников, мужественное нападение егерских полков, жестокое действие артиллерии, управляемой князем Яшвилем, вмиг решили участь сражения. Неприятель бежал к песчаным высотам Нищи».

Там, однако, французы задержались недолго – в 8 часов утра они уже были изгнаны за реку.

Русские полки рвались им вслед, но пехота и артиллерия дивизии Мерля, бывшие на левом берегу Нищи, активно воспрепятствовали этому, поддерживая своих товарищей, поспешно перебирающихся к ним через реку подальше от русских штыков, ядер и картечи. Активным действиям здесь стрелков и артиллеристов Мерля способствовали и собственно Клястицы, то есть строения села, так что Витгенштейн решил не уподобляться стратегам, знающим лишь однозначное «Вперед!», а отвел свою конницу выше по реке, где начался поспешно строиться мост-времянка.

Видя подобные приготовления, Удино почел за благо отступить, но не учел, что отступление неприятеля бодрит наступающего врага – русская пехота, под прикрытием батарей, бросилась в атаку в штыки.

Французы подожгли мост, но было уже поздно – русские пробежали через пламя и взяли Клястицы на штык, молниеносным ударом подавив возникший было намек на сопротивление.

Неприятеля преследовали до реки Дриссы, перейдя которую Удино сделал еще одну попытку разыграть партию в свою пользу. Остановившись в четырех верстах за Сивошиным, он собрал дивизии в один кулак и занял выгодную позицию. Но игра уже был сыграна, и демарш французского маршала не мог ничего изменить. Ибо почти что в эти мгновения Витгенштейн писал успокоительно победную реляцию Александру I: «Французы спаслись только помощью лесистых мест и переправ через маленькие речки, на которых истребляли мосты, чем затрудняли почти каждый шаг и останавливали быстроту нашего за ними преследования, которое кончилось вечером. В деле при Якубове и в сражении при Клястицах сражались все полки 5-й дивизии, Берга, и два егерские, 14-й Сазонова, прочие войска оставались в резерве. Полки мужеством и храбростью делали невероятные усилия, которых не могу довольно описать. Все, что им ни противопоставлялось, батареи и сильные колонны, несмотря на ожесточенное, упорнейшее защищение, опрокидывали они и истребляли штыками и действием артиллерии. Все селения и поля покрыты трупами неприятельскими. В плен взято до 900 человек и 12 офицеров. Пороховые ящики, казенный и партикулярный обоз, в числе которого генеральские экипажи, остались в руках победителей. Я намерен прогнать неприятеля за Двину в Полоцк, обратиться против Макдональда, атаковать его и, с помощью Божиею и ободренным духом чрез сей успех наших войск, надеюсь также что-нибудь сделать».

И он сделал – Макдональд под влиянием разгрома Удино оставил свои попытки взять Ригу, а Наполеон отрядил корпус Сен-Сира к Двине, тем самым ослабив главную армию, к которой Сен-Сир уже более не присоединился. Тогда же французский император отдал приказ своим трем маршалам: прекратить наступательные движения на правой стороне Двины, но лишь удерживаться на ее берегах, охраняя пути сообщения главной армии.

И все это благодаря Клястицам. Эта победа сделала известным имя Витгенштейна по всей России. Он получил за нее орден Св. Георгия 2-й степени и почетное прозвание «защитника Петрова града», впервые прозвучавшее в песне, заканчивающейся словами:

Хвала, хвала, тебе, герой!
Что град Петров спасен тобой!

Клястицы стали толчком к самому ослепительному взлету военной карьеры Витгенштейна, в скором времени – фельдмаршала. В 1813 году он берет Берлин и тогда же после смерти Кутузова временно назначается главнокомандующим объединенными армиями России, Австрии и Пруссии. В 1818 году он назначается главнокомандующим 2-й армией, а в 1828 году, с началом войны с Турцией – главнокомандующим русской армией в Европейской Турции. Под его командованием русские войска добились значительных успехов. Но годы и пережитое брали свое, и Витгенштейн подает в отставку. Умер он 11 июня 1843 года.


Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про штопор
Сан-Паулу — город без наружной рекламы
Интересное про изобретения и технологии
Интересное о павлинах
Княгиня Ольга
Иван Айвазовский
Звартноц
Сергей Королев