Николай Оттович Эссен

Николай Оттович Эссен | Умный сайт
Главная » Статьи » Знаменитые адмиралы

Николай Оттович Эссен
Николай Оттович Эссен

     Адмирал Эссен, герой обороны Порт-Артура, много сделал для восстановления Балтийского флота России и успешно руководил им в начале Первой мировой войны.

Николай Эссен родился 11 декабря 1860 года в давно обрусевшей семье остзейских немцев. Морские традиции семьи начал эстляндский дворянин Густав Эссен, произведенный в гардемарины Петром I еще в 1723 году. Отец будущего флотоводца, статс-секретарь Отто Васильевич Эссен, состоял товарищем министра юстиции.

Николай в 20 лет окончил с отличием Морской корпус; его имя в числе лучших воспитанников было занесено на мраморную доску. Гардемарин Эссен на броненосном фрегате «Герцог Эдинбургский» совершил 2-летнее заграничное плавание, пережил сильный шторм в Бискайском заливе, побывал в Неаполе, Пирее, Алжире, Триесте и других портах Средиземного моря, с великими князьями Сергеем и Константином ездил из Яффы в Иерусалим и Вифлеем. Получив звание мичмана, Эссен прослушал курс лекций по механическому отделу Николаевской морской академии, а в 1891 году окончил Адмиралтейский класс. В 1892–1893 годах он служил на крейсере «Адмирал Корнилов», в 1893–1897 годах — на крейсере «Владимир Мономах» Тихоокеанской эскадры и вернулся лейтенантом. В 1897–1902 годах лейтенант командовал миноносцем 120 («Пакерорт»), служил старшим офицером канонерской лодки «Грозящий» в Средиземноморской эскадре. В 1899 году его за заслуги произвели в капитаны 2-го ранга. Командуя пароходом «Славянка» — флагманским кораблем отряда миноносок, Эссен одновременно преподавал в Морском корпусе теоретическую механику и девиацию.

В 1902 году, приняв построенный в Германии быстроходный крейсер 2-го ранга «Новик», моряк перешел на Тихий океан. Мужество и умение капитан 2-го ранга продемонстрировал уже в первый день русско-японской войны 1904–1905 годов. Командир «Новика», посланный в разведку, на свой страх и риск атаковал японский крейсер «Якумо» и выпустил торпеду, которая прошла вблизи крейсера. «Новик» получил попадание 8-дюймового снаряда, но смог повернуть и уйти на базу. Этот смелый шаг на фоне неудач оказался очень заметен. За бой 27 января 1904 года моряка наградили золотым оружием.

Принявший командование эскадрой вице-адмирал С.О. Макаров поднял свой флаг на быстроходном крейсере и вышел на нем в море. Ему импонировал решительный и знающий моряк. Когда из-за столкновения эскадренных броненосцев «Пересвет» и «Севастополь» Макаров решил сменить командира последнего, он 16 марта 1904 года назначил на эту должность Эссена. Николай Оттович не был в восторге от перевода с быстроходного крейсера на неповоротливый броненосец. Тем не менее корабль уже через две недели был готов к действиям и стал одной из активнейших боевых единиц в обороне Порт-Артура. 2 апреля, в частности, его орудия главного калибра вели огонь через Ляотешаньский горный массив по японской эскадре. Корректировка позволила пристреляться, и, когда русские снаряды стали ложиться слишком близко, японцы удалились.

Когда после гибели Макарова командование эскадрой принял контр-адмирал В.К. Витгефт, поднявший флаг на «Севастополе», произведенный в капитаны 1-го ранга Эссен стал одновременно выполнять обязанности флаг-капитана (начальника штаба) эскадры. Он участвовал в совещаниях и предлагал решительные действия. Эссен считал необходимым прорываться всей эскадрой во Владивосток. Ввиду несогласия капитана 1-го ранга с мнением большинства командиров и командующего Витгефт 25 мая освободил его от должности флаг-капитана и перенес флаг на отремонтированный броненосец «Цесаревич».

Тем не менее Витгефту пришлось выполнить требование свыше. При возвращении эскадры после неудачной попытки 10 июня пробиться во Владивосток «Севастополь» подорвался на мине. Отремонтировали его к 25 июля. Эссен перевел броненосец в юго-западный бассейн, спасая от обстрела. Уголь, боеприпасы и все прочее грузили днем и ночью. 27 июля прибыло предписание императора немедленно уходить во Владивосток. Утром 28 июля эскадра выступила в море. Корабль Эссена шел в колонне броненосцев предпоследним. В ходе боя он получил повреждения, из-за которых скорость упала до 8 узлов. Это не позволило Эссену ни таранить противника, что он хотел, ни идти на прорыв. Так как все остальные корабли возвращались в Порт-Артур, отбивая атаки миноносцев, вслед за ними направился и ставший тихоходным «Севастополь».

После возвращения начали ремонт. Эссен считал, что задача состоит в том, чтобы дождаться прихода подкрепления с Балтики и выступить навстречу Рожественскому. Однако эскадра, которой командовал контр-адмирал Ухтомский, все больше становилась частью обороны Порт-Артура. На берег перевозили орудия, боеприпасы, отправляли отряды моряков. Броненосцы использовали как плавучие батареи. 10 августа, возвращаясь после обстрела японских позиций, броненосец вновь подорвался на мине. На сей раз 2-месячный ремонт проходил под обстрелом. Японцы редко попадали, ибо Эссен менял место стоянки. К 24 октября моряки завершили ремонт «Севастополя» и смогли вести ответный огонь по японским осадным батареям, используя указания целей с наблюдательного пункта.

23 ноября японцы заняли гору Высокая, с которой просматривали гавань. Используя корректировщиков, японская осадная артиллерия потопила одни за другим крупные корабли Тихоокеанской эскадры. «Севастополь» до времени прикрывала стенка гавани. 25 ноября Эссен добился разрешения принявшего командование эскадрой контр-адмирала Р.Н. Вирена вывести броненосец на открытый рейд. Вернув с суши часть экипажа, Эссен поставил корабль в бухте Белый Волк и приготовил его к атакам японских миноносцев. Капитан намеревался выйти в море, пополнить запасы угля в китайском порту или с зафрахтованного парохода, обойти Формозу и направиться навстречу эскадре Рожественского. Однако Вирен не дал разрешения.

Японцы неоднократно атаковали «Севастополь», выпустили массу торпед, но те взрывались в противоминных сетях. Позднее моряки соорудили бон. Тем не менее в начале декабря было обнаружено, что от близких взрывов броненосец получил многочисленные трещины обшивки и принял 2500 тонн воды. Оставшиеся на борту 80 человек (остальных отправили для подкрепления войскам на горе Ляотешань) спасли корабль благодаря энергии и умению командира. Через несколько дней «Севастополь» открыл огонь по позициям японцев, что явилось для них полной неожиданностью.

В ночь на 20 декабря поступило распоряжение Вирена выполнить секретный приказ об уничтожении судов в связи с капитуляцией Порт-Артура. Так как командир порта запретил взрыв, нарушавший условия капитуляции, пришлось ограничиться затоплением. Последним борт погружающегося судна покинул командир. Экипаж был взят в плен. Только 20 марта 1905 года Николай Оттович, награжденный за храбрость орденом Святого Георгия 4-й степени, вернулся в Петербург. После короткого отдыха его в мае назначили командиром 20-го флотского экипажа.

За время боевых действий моряк приобрел немалый боевой опыт. Летом того же года он выступил с лекцией, в которой подверг критике положение на флоте и высказал свое мнение о том, что необходимо готовить флот к активным действиям. Капитана 1-го ранга пригласил для беседы морской министр вице-адмирал А.А. Бирилев, а 10 июля его назначили заведующим Стратегической частью военно-морского ученого отдела Главного Морского штаба, оставив командиром экипажа. Подчиненные Эссену молодые офицеры, обладавшие боевым опытом, анализировали действия во время войны и состав сил отечественного и иностранных флотов, пытаясь представить, какой флот нужен России на будущее. По их инициативе был создан Морской генеральный штаб как орган оперативно-стратегического планирования и управления флотом.

Весной 1906 года Эссена командировали в Англию в качестве командира строящегося там крейсера «Рюрик». Но уже через полгода капитана 1-го ранга отозвали в Россию, доверив ему в августе 1906 года ответственную должность начальника Отряда минных крейсеров. Моряку предстояло командовать наиболее современными кораблями, построенными на собранные по подписке деньги. Интенсивные тренировки и многочисленные учения сделали из Отряда минных крейсеров основное боевое ядро возрождающегося Балтийского флота. Эскадренные миноносцы без лоцманов плавали в разных районах Балтийского моря, начали совершать зимние походы. В 1907 году инспектирующий контр-адмирал Энквист побывал на судах Отряда и высоко оценил состояние судов и подготовку команд, поздравив морского министра Дикова с появлением на Балтике современного боеспособного соединения. Старания моряка были оценены. 5 апреля Эссена произвели в контр-адмиралы. 27 августа Николай I, восхищенный учениями, назначил контр-адмирала в свою свиту с оставлением в должности.

Осенью отряд минных крейсеров преобразовали в 1-ю минную дивизию. В конце июля 1908 года общефлотские маневры на Балтийском море продемонстрировали, что кроме двух минных дивизий Балтийский флот располагает устаревшими кораблями с явно не соответствующей требованиям времени системой обучения и управления. В частности, минный заградитель «Волга» выставлял заграждение из 400 мин три дня. На таком фоне 1-я минная дивизия, продемонстрировавшая высадку и обеспечение десанта, выглядела блестяще. Сначала в ночь на 1 августа выставили мины на вероятном пути движения противника, утром быстро выбросили десант на берег, а когда канонерские лодки «противника» попытались приблизиться, то попали на условное минное поле, и эсминцы успели уйти.

Осенью было решено объединить морские силы Балтийского моря под рукой одного флагмана. Начальником Соединенных отрядов назначили Н.О. Эссена. Он формировал штаб и подбирал командиров кораблей, способных действовать самостоятельно.

Основной проблемой стал острый недостаток кораблей. «Программа развития морских вооруженных сил на 1909–1910 годы» не получала поддержки Думы, в которой большинство не представляло значения морской силы. Дело портили разногласия руководителей армии и флота. Эссену удалось в ожидании войны вернуть учебный Балтийский отряд, отправленный в плавание по странам Европы, и получить разрешение на закладку 4 дредноутов. С мая 1909 года контр-адмирал выводил разнородные силы флота в едином ордере, приучая команды к совместным действиям. В эту кампанию отрабатывали преимущественно действия отрядов. Создали отряд минных заградителей, партию траления Балтийского моря. В ноябре было утверждено Положение о береговых наблюдательных постах и станциях, которым была узаконена уже начатая на флоте Непениным система наблюдения и связи. Со временем она стала играть важное значение. Задержка постройки кораблей не позволяла рассчитывать на скорое создание бригад линейных кораблей и крейсеров, как и на осуществление планов по другим видам вооружений. Однако постепенно острый недостаток моряков после Цусимы уменьшался. Для улучшения подготовки кадров Эссен на 1910 год поставил задачу выходить в море с таянием льдов и возвращаться поздно осенью, звания специалистов 2-го класса присваивать офицерам только после экзамена. Для создания резерва унтер-офицеров учреждали школу юнг.

На пасху 1910 года Н.О. Эссена произвели в вице-адмиралы. Весной было решено показать членам Думы морские учения, чтобы получить поддержку планам развития флота. Из-за раннего таяния льдов в мае завершили подготовку одиночных кораблей. 23 мая моряки продемонстрировали «Бой по защите столицы от вторжения морских сил агрессора». Картина артиллерийской перестрелки и минных атак произвела неизгладимое впечатление на депутатов, особенно на Председателя Государственной Думы А.И. Гучкова, который обещал Эссену поддержку.

Летом 1910 года Балтийский отряд вновь ходил на Средиземное море. На сей раз, кроме целей учебных, это была и демонстрация силы Австрии, которая в 1908 году аннексировала Боснию и Герцеговину, а теперь угрожала Сербии. Эссен опасался столкновения, но все обошлось благополучно.

В 1911 году, наконец, вступили в строй новые корабли, что позволило сформировать бригаду линкоров и 1-ю бригаду крейсеров. Разворачивалась постройка укреплений на острове Нарген и у Порккала-Удда с переносом главной операционной базы флота в Ревель. Эссен с энтузиазмом отнесся к возможности выдвинуть флот дальше от столицы. Вскоре моряки успешно научились ходить в шхерах на значительных скоростях. Хорошо стреляли по щитам артиллеристы бригады линкоров.

Когда в 1912 году обсуждалась возможность войны с Германией, командующий морскими силами Балтийского моря настаивал на срочной постройке линейных кораблей и батарей для прикрытия минно-артиллерийской позиции. Так как германский флот обладал численным превосходством, вице-адмирал полагал необходимым, не ограничиваясь обороной, связать противника активными операциями у его берегов, в частности минными постановками. Совет флагманов, проходивший 25–26 января, не поддержал Эссена. Было решено в случае войны первоначально дать бой неприятелю на Нарген-Порккалауддской минно-артиллерийской позиции. Тем не менее флагман отдал приказ готовить план активных действий. В его замысел входили взрыв шлюзов Кильского канала и действия в Датских проливах, не позволяющие противнику прорваться на Балтику. Эссен был готов начать действия даже без разрешения правительства, чтобы решительным ударом нарушить планы врага. Он добился утверждения Думой 5-летней программы усиленного судостроения.

14 апреля 1913 году Эссена произвели в адмиралы. Флотоводец в Ревеле собирал силы на случай войны. Он поднял флаг на «Рюрике», но в любой момент был готов отправиться на любом корабле, а то и на самолете, считая необходимым каждый час тратить на подготовку к войне. И результаты уже сказывались. На общефлотских стрельбах 4 июля броненосцы и крейсера продемонстрировали сосредоточенную стрельбу по движущимся целям, а «Рюрик» ночью за 8 минут разбил щит.

В августе 1913 года после маневров эскадра из «Рюрика», 4 линкоров, бригады крейсеров, полудивизиона эсминцев и транспорта отправилась под флагом Эссена в зарубежный поход. Датские проливы прошли без лоцманов, в Северном море испытали шторм. 1 сентября прибыли в Портсмут. Будущих союзников встречали радушно и королева, и местные власти, и жители города. Затем адмирал заходил в Брест и норвежские порты, демонстрируя боеспособность русского флота.

В 1914 году дела по реконструкции Ревельского и Свеаборгского портов шли неплохо, сооружались батареи на берегах Финского залива. Но кораблей не хватало. Новые дредноуты, нефтяные эсминцы и крейсера могли вступить в строй только в 1915–1916 годах. Рассчитывали на то, чем флот располагал. Была приведена в состояние постоянной готовности служба связи. Уже 9 апреля соединения флота оставили базы и начали маневры. Командиры кораблей получили желтые пакеты с приказом распечатать в случае военных действий. За весну были проведены учения по постановке минных заграждений и их обороне. Намеченные на 2 июня общефлотские маневры пришлось отменить ввиду сведений о развертывании австрийской армии.

15 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии. Адмирал приказал выключить все маяки на Балтике. Император запретил начинать минные постановки. Адмирал, помня о судьбе Тихоокеанской эскадры, 17 июля 1914 года послал телеграмму морскому министру: «Если не получу ответа сегодня ночью, утром поставлю заграждение». Когда поступило разрешение ставить мины, корабли уже были на позиции. А 19 июля Германия объявила войну России. В тот же день адмирал поздравил моряков с днем, к которому они готовились всей жизнью и службой.

Первоначально действовали оборонительно. Германские легкие силы обстреляли Либаву, оставленную русскими, через неделю выставили минное заграждение в проходе, оставленном для купеческих судов у Наргена. Поход 26 августа 2 новых крейсеров в Финский залив кончился гибелью «Магдебурга», вылетевшего на камни у Оденсхольма. Самой ценной находкой явились выброшенные с борта крейсера немецкие коды. Получив их, служба радиоперехвата под командованием Непенина долгие месяцы знала содержание переговоров германских радиостанций, а после смены кодов новые шифры были быстро разгаданы.

В начале сентября Эссен с крейсерами и эсминцами ходил до Готланда. Немцы боя избегали: после неудачного сражения у Гельголанда с английским флотом главным силам на Балтике приказали уйти в Киль. Однако после появления русских у Готланда были посланы переброшенные из Северного моря корабли. Эссен приготовился к генеральному сражению. Но он не имел разрешения выходить за пределы позиции. С другой стороны, германские силы, связанные приказом не рисковать кораблями, ограничились крейсерством и потоплением финского парохода «Улеаборг» у Раумо. Через две недели усиленный германский флот, насчитывавший 14 линкоров, выходил к Виндаве (Вентспилсу) в расчете на то, что удастся выманить русский флот или прорваться в Финский залив, из которого Эссену было запрещено выходить даже в случае высадки десанта. Но 25 сентября германская армада удалилась после известия о появлении английских кораблей перед Бельтами.

Эссен, подчиненный командующему 4-й армией, не собирался сидеть сложа руки. В октябре прибыли присланные англичанами подводные лодки, которые вскоре вышли на патрулирование к Данцигской бухте и вызвали тревогу неприятеля, заставив германские корабли укрыться на базах. Сам адмирал поручил штабу подготовить планы минных постановок у берегов противника. 31 октября и 5 ноября эскадренные миноносцы поставили мины у Мемеля и Пиллау. На одной из мин подорвался и затонул броненосный крейсер «Фридрих-Карл». В ночь на 19 ноября минный заградитель «Амур», замаскированный под крейсер, при поддержке эскадры выставил мины восточнее Готланда. Затем вновь миноносцы выставили мины у Мемеля и Пиллау. Вскоре русские заграждения закрыли выход из Данцигской бухты к северу, а миноносцы уже ставили мины западнее.

Долгое время германское командование не знало о русских минных постановках. Гибель «Фридриха-Карла» и других судов приписывали атаке подводной лодки. Обнаружив истину, германское командование стало наращивать тральные силы на театре. В ответ русские минеры придумали средства для защиты мин от траления, готовили крейсера для минных постановок. 14 декабря крейсера и заградитель «Енисей» поставили сотни мин западнее Данцига. Сам адмирал на «Рюрике» участвовал в этом походе. Вскоре германские силы оставили Данциг как военно-морскую базу и переместились в Свинемюнде.

Ставка в начале 1915 года предписала нанести максимальный вред перевозкам грузов из Швеции в германские порты, несмотря на зимнюю погоду. Только что вылечившийся Эссен выехал в штаб и подписал приказ ставить минные заграждения между Борнхольмом и заграждением у банки Штольпе, а также у мыса Аркона — на основных коммуникациях противника. 14 января крейсера выставили эти заграждения незаметно для противника.

Несмотря на суровую зиму, сковавшую русские порты льдом, в море продолжали действовать подводные лодки. Германский флот терял корабли, подрывавшиеся на минах, ко дну шли транспортные суда. Теперь на счет мин относили даже гибель судов от атак подводных лодок. Теряя тральщики, германский флот был вынужден очищать от мин море у собственных берегов, но подрывы на минах продолжались до лета.

Февральский поход крейсера прервали из-за того, что «Рюрик» получил повреждения при столкновении с камнями недалеко от Готланда; однако эскадренные миноносцы А.В. Колчака и без их поддержки выставили минное заграждение. Эссен уже в Ревеле встречал возвращающиеся корабли.

17 марта русские войска легко заняли Мемель, но вскоре были вынуждены его оставить. Сухопутное командование не учло предложение Эссена отложить наступление до апреля, т. к. раньше льды не позволяли оказать поддержку армии с моря. Теперь командовавшему флотом на Балтике принцу Генриху передали часть сил Флота открытого моря с задачей разрушить Либавский порт и прервать морскую торговлю на северных путях. Однако обстрел отходящих от Мемеля русских войск не дал больших результатов, а шторм прервал действия в Або-Аландском районе, и немцы вернулись в Свинемюнде.

За успешную зимнюю кампанию Эссена наградили орденом Святого Владимира 2-й степени. Однако весенняя кампания усложнялась. Германское командование сменило коды. Теперь нельзя было следить так легко, как прежде, за действиями противника. Выход германских войск к побережью Балтийского моря неминуемо вел к повышению активности флота. 23 апреля U-26 потопила финляндский пароход «Фрак», что заставило Эссена приказать ставить все наличные противолодочные сети. Адмирал приказал крейсерам и миноносцам обновить минные заграждения перед Либавой. Сам флотоводец на ледоколе «Сампо» отправился в Ревель, посетил канонерские лодки. Он почувствовал себя больным. Бодрости придали сообщения Непенина, что новый германский код разгадан, и командира полудивизиона особого назначения эсминцев, что поставлены мины перед Либавой.

Эссен так и не получил разрешения выводить линейные корабли за минно-артиллерийскую позицию. Понимая важность Ирбенских проходов для обороны столицы, он усиливал их оборону. Преодолевая болезнь, адмирал по-прежнему старался действовать энергично. 1 мая он ушел на миноносце в Ревель и окончательно слег. На третий день врачи признали положение опасным, а 7 мая Эссен умер. Похоронили его торжественно 9 мая на кладбище Новодевичьего монастыря в Петрограде. Памятник флотоводцу сохранился до наших дней. На могиле поставили камень с надписью «Николай Оттович Эссен», с Георгиевским крестом и флагом командующего — гюйсом, наложенным на Андреевский флаг.
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про насекомых
Интересное о традициях народов мира
Интересное о животных-2
Самый большой мост
Шолом-Алейхем
Собор Святого Вита
Иван Мазепа
Владимир Лукич Боровиковский
Категория: Знаменитые адмиралы | (11.06.2013)
Просмотров: 506 | Теги: знаменитые адмиралы | Рейтинг: 5.0/1