Джон Фицджеральд Кеннеди

Джон Фицджеральд Кеннеди | Умный сайт
Главная » Статьи » Знаменитые любовники

Джон Фицджеральд Кеннеди
Джон Фицджеральд Кеннеди

     Всему миру 35-й президент США Джон Фицджеральд Кеннеди казался любимцем богов. Для молодежи он был кумиром. Лишь без малого три года Кеннеди находился у руля крупнейшей мировой державы. Сын мультимиллионера, ставший самым могущественным человеком западного мира, он провозгласил выход на новые рубежи, сделал возможным согласие с Советским Союзом и полет на Луну, в течение 1000 дней своего правления воплощая надежду на свободу, прогресс и мир. Но 22 ноября 1963 года в 12 часов 21 минуту в Далласе, штат Техас, пуля оборвала его жизнь.

Спустя 33 года Джон Кеннеди предстал в глазах всего мира не только как утонченный интеллектуал, кумир средств массовой информации, блестящий оратор, а также обладатель ослепительной рекламной улыбки и аккуратной короткой стрижки. За это время из сотен публикаций стало многое известно и о его личной жизни. В результате многие назвали его сексуальным «гигантом», чья безудержная чувственность заставила по-новому, с моральной точки зрения, взглянуть на него как на защитника новой политической этики.

Постепенно рассеивается туман вокруг этого человека, который, по выражению американского писателя Трумэна Капоте, пользовался услугами массы «девочек по вызову», через департаменты которого прошли девицы из всех заведений Лас-Вегаса (как явствует из документов министерства юстиции США), которому, по словам Питера Лоуфорда, «поставлял их Фрэнк Синатра». Лоуфорд, актер, близкий друг Синатры, зять Кеннеди, перед смертью от пьянства в 1983 году говорил: «Теперь это звучит ужасно, но тогда мы получали уйму удовольствия». В лучах прожекторов неоднократно оказывалась не только страсть Кеннеди к слабому полу. Можно считать вскрытыми его связи с мафией, осуществлявшиеся через певца и актера Фрэнка Синатру. Китти Келли автор биографии Синатры под названием «Его путь» показала, как этот итало-американец, появившийся на свет 12 декабря 1915 года в Хоубокене, штат Нью-Джерси, стал «Орфеем уголовного мира».

Синатра – голливудская звезда мировой величины, чья песня «Большие надежды» послужила в 1960 году демократам своего рода девизом на президентских выборах – привлек на свои пирушки, к своим друзьям и женщинам, Джона Ф. Кеннеди. К тому же, образно говоря, мафия наставила президенту рога. Спустя много лет после смерти Кеннеди люди с удивлением узнали, что одна женщина была одновременно любовницей президента США и чикагского супергангстера Сэма Джанканы по кличке Муни.

…7 марта 1960 года 25-летняя уроженка Калифорнии Джудит Кэмпбелл-Экснер пребывала в ожидании в номере нью-йоркского отеля «Плаза». Сама мысль о том, что она собирается стать любовницей женатого человека, да к тому же еще политического деятеля, приводила ее в ужас. Нынешняя встреча была их первым любовным свиданием. Она сидела на самом краешке кровати, и, когда он, толкнув дверь, вошел в номер, ее охватило такое чувство вины, что ей немедленно захотелось убежать, спрятаться. Он понял ее состояние и повел себя ненавязчиво, предупредительно, а через короткое время даже засобирался уходить. Тогда она в каком-то порыве удержала его, коснулась его плеча и тихонько сказала: «Джек!» «Я не смогла его оттолкнуть, – рассказывала Джудит Экснер. – Когда он пускал в ход свое обаяние, то становился абсолютно неотразимым».

Встреча в «Плазе» стала началом не мимолетной интрижки, а пылкого романа, которому предстояло продлиться два с половиной года. Джудит и не подозревала, что была далеко не единственной любовницей 35-летнего президента Соединенных Штатов. «Если бы мне стало известно, что в Белом доме он встречается с другими женщинами, я немедленно положила бы конец нашим отношениям», – уверяла она.

С сенатором Джоном Кеннеди ее познакомил в феврале 1960 года певец Фрэнк Синатра. Двадцатипятилетняя католичка, только что пережившая неудачное замужество с малоизвестным актером, типичная представительница среднего класса, увлеченная миром шоу-бизнеса, приехала в Лас-Вегас вместе с Фрэнком – их связывал непродолжительный роман. Первый ужин наедине с Кеннеди состоялся в городском ресторане. Джудит мгновенно попала под очарование будущего кандидата в президенты, который с пылким красноречием говорил с ней о жизни, католической религии, своей семье и о последних голливудских сплетнях. Он стал постоянно звонить матери Джудит и справляться, где сейчас ее дочь.

Победа, одержанная Кеннеди на выборах в ноябре 1960 года, невероятно усложнила идиллию Джудит с новым президентом. Джек пригласил ее в Капитолий на церемонию принесения присяги. Джудит отказалась. Джек ее уверял в любви, и постоянно давал поручения. То он просил передать лично в руки Сэму Джанкане очередное послание по поводу ликвидации Фиделя Кастро, то поручал организовать ему встречу с главарем мафии. Такая тайная встреча состоялась в номере одного из чикагских отелей, и Джудит терпеливо ждала, сидя в ванной комнате, когда мужчины закончат беседу.

Со временем «посланница» начала даже ценить общество Сэма Джанканы, который обращался с ней как с королевой. Она поняла, что этот человек обладает огромным влиянием и властью. Мафиози, в свою очередь, был отнюдь не прочь послужить причиной ревности президента. Кеннеди просил Джудит «не проводить слишком много времени с Джанканой или Синатрой». Звоня по телефону, он выспрашивал, где и у кого она бывала.

Джудит категорически не желала переходить в разряд «официальной любовницы» и потому упорно отвергала любые предложения домов, квартир и денег. Джек настаивал, чтобы она перебралась в Вашингтон. «Здесь я смог бы о тебе заботиться», – уверял он. В ответ Джудит рассказывала ему, что ее и без того начало преследовать ФБР, что его агенты в любое время дня и ночи звонят ей в дверь и роются в ее вещах без всякого ордера на обыск. Однажды фэбээровцы едва не арестовали ее на автомобильной стоянке. А Сэм Джанкана, которому очень хотелось выглядеть в глазах красивой женщины настоящим героем, уверял, что Дж.Ф. Кеннеди победил на выборах исключительно благодаря его поддержке: «Без меня твой дружок ни за что на свете не добился бы избрания. Оставь ты этих Кеннеди, они не для тебя. Вот увидишь, они загубят твою жизнь». «Крестный отец» чикагской мафии никогда ни словом не обмолвился с ней ни о своих отношениях с ЦРУ, ни о существовании заговора против Кастро.

В январе 1963 года Джудит решилась положить конец своей связи с президентом. Поссорились они из-за ее отказа переезжать в Вашингтон. Он хотел видеть ее чаще и настаивал, чтобы она присутствовала на некоторых официальных обедах в Белом доме. Увы, его любовницу терзала мысль о существовании Джеки – законной супруги. Роль «женщины из тени» казалась ей унизительной. «Я так больше не могла, – рассказывала Джудит в журнале «Вэнити фэйр». – Внимание ФБР приводило меня в ярость. С каждым днем связь с Кеннеди причиняла мне все больше боли. С этим пора было кончать. Джек упросил меня встретиться с ним и поговорить о том, как спасти наши отношения. "Мы можем встречаться и дальше", – сказал он. В последний раз я виделась с ним в Белом доме в конце декабря 1962 года. Я сказала ему, что между нами все кончено, что мы больше не будем видеться. В тот день мы в последний раз были вместе. Я все еще любила его без памяти. Не знаю, за что Господь решил меня наказать, но когда я вернулась из Вашингтона в Нью-Йорк, а затем приехала в Чикаго, то обнаружила, что я беременна. За все время нашей связи я не встречалась с другими мужчинами. Я была просто раздавлена, позвонила ему по телефону: "Джек, у меня новость, хуже которой быть не может: я беременна". Он молчал, и молчание его затягивалось. Потом наконец сказал: "Что ты собираешься делать?" Понял, что нельзя было этого говорить, и сейчас же поправился: "Прости, что мы будем делать? Ты хочешь оставить ребенка?" Я плакала в телефонную трубку: "Джек, ты прекрасно знаешь, что я не могу оставить ребенка. ФБР не спускает с нас глаз. С тех пор как они в первый раз постучались ко мне в дверь в 1960 году, они постоянно следят за мной". Он старался говорить очень мягко: "Я могу гарантировать тебе, что, если ты захочешь оставить ребенка, это вполне осуществимо. Мы сможем это устроить". Тогда я ответила: "Об этом не может быть и речи. Ты не забыл, кто ты? Нам никогда не выпутаться из этого". Джек сказал: "Я тебе перезвоню". Он действительно сейчас же перезвонил, и мы снова говорили о том же. Действовать приходилось быстро. Я была на втором месяце, а аборты в Соединенных Штатах запрещались. Тогда Джек сказал: "А ты не думаешь, что нам мог бы помочь Сэм? Может быть, поговоришь с ним? Тебе будет удобно спросить его об этом?" Меня удивило его предложение, но я сказала, что так и сделаю. Я позвонила Сэму, и мы договорились пообедать вместе. Я рассказала ему, какая помощь мне нужна. Он едва не подпрыгнул от негодования. "Будь он проклят! Будь проклят этот чертов Кеннеди!" – воскликнул он».

Сэм Джанкана действительно предпринял все, что было в его власти, чтобы Джудит поместили в больницу у него в городе и там прооперировали. Счета с именами врачей до сих пор хранятся у Джудит. 28 января 1963 года она вышла из больницы. Встречал ее Джанкана. Кеннеди сейчас же позвонил ей и снова умолял приехать в Вашингтон. Джудит чувствовала себя одинокой и несчастной. Она боялась всего и всех: ФБР, ЦРУ, Сэма Джанканы, мафии… Она поделилась с Джоном своими печальными мыслями и согласилась увидеться с ним еще раз. Грустная ирония судьбы: теперь она даже не помнит, где же прошла эта последняя встреча.

Спустя годы Джудит с удовольствием вспоминала обоих своих любовников: «Джек (как называли Кеннеди его друзья), знал о нас с Сэмом, мы часто о нем говорили. Джек был в бешенстве от того, что я встречалась с Сэмом. Да, он ревновал».

Понятно, что красотка Джудит открывала свое сердце также перед «крестным отцом» из Чикаго и после любовных утех болтала с ним о Кеннеди. В постели Джанкана, естественно, узнавал и интимные стороны жизни Белого дома.

Однако Джудит была не единственной любовницей президента, которая ставила его в двусмысленное положение.

Самой блестящей среди них была, конечно же, Мэрилин Монро, которую журналисты часто называли «последней из богинь».

Джон внимательно следил за ее карьерой с начала 1950-х. Уже будучи женатым на Жаклин и оказавшись в больнице, где ему предстояла операция на позвоночнике, он повесил у себя в палате прямо над кроватью огромную цветную афишу с изображением любимой актрисы. Пришедший навестить тогдашнего сенатора его помощник Лэнгдон Морвин был поражен тем, что афиша висела вверх ногами, отчего казалось, будто Мэрилин приняла весьма фривольную, вызывающую позу. «Несмотря на сильную боль, которую ему причиняла спина, Джон улыбался всякий раз, когда бросал на нее взгляд», – вспоминал он.

Афишный «призрак» стал, однако, реальностью только в конце 1957 года. Произошло это в Санта-Моника, где жили сестра будущего президента Пат и ее муж Питер Лоуфорд, элегантный актер из Великобритании, работавший по контракту на голливудской киностудии «Метро-Голдвин-Майер». Лоуфорды часто устраивали приемы на своей роскошной вилле. На одном из таких приемов и состоялось знакомство.

За первой встречей три недели спустя последовала вторая. Но отношения переросли в роман лишь спустя полтора года. К этому времени Мэрилин закончила сниматься в фильме «В джазе только девушки», сыграв роль, которой предстояло иметь, наверное, самый большой успех как у публики, так и у критики. Джон только что принял решение добиваться выдвижения своей кандидатуры на президентский пост.

Советники и помощники кандидата в президенты не на шутку всполошились, когда узнали, что тот пригласил Монро присутствовать на съезде демократов в Лос-Анджелесе. И это при том, что Жаклин там быть не собиралась! Вообще поддержка со стороны различных знаменитостей из мира искусств всегда считалась для политического деятеля важным козырем в предвыборной кампании. Но появление Мэрилин скорее было чревато скандалом. Никто в Америке на президентских выборах не станет голосовать за человека, который изменяет жене! Однако, судя по всему, Кеннеди ничего не боялся…

История принимала серьезный оборот. Он проводил с ней все свободное время. Она же вообще рассчитывала теперь на нечто большее, чем просто любовную связь. Окончательный крах недолгого брачного союза с драматургом Артуром Миллером, шумный разрыв с Ивом Монтаном, партнером по картине «Как выйти замуж за миллионера», который – уже не на экране, а в жизни – решил порвать с ней и вернуться к своей жене, все эти последние удары слишком ее измотали.

Став президентом, Кеннеди не переставал искать встреч с Мэрилин. Той случалось приходить на свидания с ним в нью-йоркскую гостиницу «Карлайл», надев черный парик, огромные темные очки и широченное платье. Примерно в таком же виде она поднялась как-то раз на борт его самолета.

«Тот факт, что Кеннеди стал главой государства, в глазах Мэрилин придавал их роману особую символичность. Она теперь была в него уже по-настоящему влюблена, – рассказывал Лоуфорд. – Вместе с тем она переживала глубокую депрессию: принимала сильнодействующие снотворные, пила. Ей ведь приходилось даже ложиться в психиатрическую клинику…»

Помимо постоянных телефонных звонков в Белый дом, актриса стала писать Джону письма, слать настоящие любовные послания в стихах. Однажды, это было в начале 1962 года, она позвонила Жаклин Кеннеди и объявила ей, что хочет выйти замуж за президента. Как впоследствии признавалась сама Мэрилин, этот звонок отнюдь не застал Джеки врасплох. Та невозмутимо ответила, что соглашается уступить свое место. Но предупредила, что в таком случае кинозвезде придется переселиться в Белый дом и взять на себя все обязанности и хлопоты, которые обычно лежат на первой леди страны. И если мисс Монро к этому не готова, то ей лучше, наверное, вовремя отказаться от своих намерений. На Мэрилин эта ироническая реплика подействовала настолько обескураживающе, что она бросила трубку и разрыдалась.

…Приближался день рождения президента – ему исполнилось 45 лет. К этому был приурочен грандиозный благотворительный концерт в нью-йоркском «Мэдисон-сквер-гардене», собравший 15 тысяч сторонников Демократической партии. Жаклин вновь отсутствовала: находилась в поездке по Индии. Среди тех, кто поднимался на сцену, чтобы исполнить что-то в честь президента, были такие «звезды», как Элла Фитцджеральд, Мария Каллас. Но всех их затмила Монро. Она не ограничивалась, как другие выступавшие перед ней актрисы, каким-либо «номером» из своего эстрадного репертуара, а, ко всеобщему изумлению, прочувствованно спела традиционное «Happy Birthday».

Вот как сама она впоследствии вспоминала об этом событии: «Стоило мне выйти на сцену, как в огромном зале воцарилось какое-то необычное молчание – словно я появилась перед ними в одной комбинации. Господи, подумалось мне, что будет, если у меня пропадет голос? Но крайняя настороженность подобной публики способна только подогреть мой азарт, действует на меня так же возбуждающе, как поцелуй. И я сказала себе: "Черт возьми, я все равно спою свое приветствие"».

После концерта они провели вместе несколько часов. Это была их последняя встреча… Брат Джона, министр юстиции Роберт Кеннеди, и директор ФБР Эдгар Гувер предупредили президента, что на вилле Питера Лоуфорда в Санта-Монике «людьми из мафии», по всей вероятности, установлены подслушивающие устройства и, по крайней мере, одно из их свиданий с Мэрилин, состоявшихся там, записано на пленку. Тот немедленно решил все прекратить. В его адрес полетели патетические, отчаянные письма, не прекращались телефонные звонки. Мэрилин угрожала, что обо всем расскажет журналистам.

«Чтобы ее успокоить, Джон в конце концов отправил к ней… своего брата, – рассказывал Питер Лоуфорд, на чьей вилле она тогда жила. – Роберт пытался объяснить ситуацию, повторял, что хозяину Белого дома нельзя вести себя как вздумается, что ей пора прекратить причинять ему неприятности… Она оставалась безутешной. Бобу стало ее очень жалко, он вернулся на другой день. Это явно не входило в его планы, и так или иначе ту ночь они провели на вилле вместе…»

Если раньше Мэрилин названивала в Белый дом, то теперь часто набирала номер министерства юстиции. С ней вела долгие беседы личный секретарь Роберта Кеннеди, которой она вскоре сообщила, что министр «собирается на ней жениться». Складывалось впечатление, будто она не делает различия между двумя братьями.

Склонность к такого рода фантазиям, по мнению Лоуфорда, появилась в значительной мере из-за злоупотребления сильнодействующими лекарствами и спиртным. Эти же пристрастия стали причиной того, что киностудия «XX век – Фокс» сочла необходимым отстранить ее от съемок нового, ставшего для актрисы последним фильма. На съемочной площадке она почти всегда находилась в таком состоянии, что не могла внятно произносить свой текст. «Я уговаривал ее прекратить глотать эту гадость, если она не хочет загубить свою карьеру», – вспоминает Лоуфорд. Но, похоже, это было уже не в ее силах. Вот и брат Джона тоже начал от нее удаляться… «Все они одинаковые, – твердила Мэрилин. – Сначала пользуются тобой, а потом выкидывают, как старые носки».

3 августа 1962 года, разыскав по телефону Роберта в Сан-Франциско, где он гостил у родственника с женой и детьми, она потребовала, чтобы он срочно приехал к ней в Лос-Анджелес. Он нехотя подчинился. Между ними произошла бурная сцена, свидетелем которой вновь оказался Лоуфорд. У Мэрилин была истерика. Она стала угрожать, что наутро устроит пресс-конференцию и расскажет, как с ней обращались оба брата. Боб при этих словах стал бледный как полотно. Потом он предложил вызвать психиатра, который постоянно наблюдал Мэрилин…

На другой день тридцатишестилетняя актриса ушла из жизни. Было ли это действительно самоубийством? Или несчастным случаем? Или ее «устранили»? И если да, то – время и гибель обоих братьев Кеннеди, последовавшая за ее собственной смертью, лишь способствовали тому, чтобы завеса вокруг этой тайны стала еще более плотной.

Скончавшийся в 1984 году писатель Трумэн Капоте в одном из интервью назвал Кеннеди «скверным примером донжуанства». Он рассказывал: «Дело происходило в очень маленькой квартире на Парк-авеню в Нью-Йорке. Дамы после ужина вышли из-за стола, а мужчины остались, ожидая бренди и сигары. Один из них стал описывать самых дорогих проституток Лас-Вегаса, которых он перепробовал и которые понравились бы всем. У него имелись их телефонные номера, и один парень тут же записал их на салфетке».

Этим «парнем» был не кто иной, как Джон Кеннеди.

Помимо политики, у этого воспитанника Гарварда с ирландскими корнями было только одно хобби – женщины. При этом отец двоих детей (Каролина и Джон) видел в связях с женщинами своего рода спорт. Ибо хотя всю свою жизнь он страдал Аддисоновой болезнью (заболевание надпочечников), частенько ходил на костылях и то и дело с удовольствием отдыхал в кресле-качалке, Джон Кеннеди жил и любил на широкую ногу.

Президент, имея рост 183 см и вес 85 кг, часто хвастался, что он – «сексуальный гигант». За день до инаугурации (он выиграл выборы, получив 34221355 голосов против 34109398, поданных за Ричарда Никсона) в семейном кругу в Хианнисе как-то сострил: «Это правительство сделает для секса то же, что предыдущее сделало для гольфа». Он наслаждался сексом в чистом виде. Джон воспитывался в сознании того, что может получить любую женщину, какая ему понравится. Он был плейбоем. Его собственная жена говорила: «Не думаю, что вообще существуют мужчины, которые верны своим женам».

Впоследствии, уже став президентом, Джон Кеннеди умело сохранял дистанцию между собой и «первой леди». Будучи мультимиллионером, он тут же приобрел просторный загородный дом в Вирджинии, куда почти каждую неделю посылал Джеки отдыхать. И в то время, как та искала душевного спокойствия, катаясь верхом на породистых лошадях, президент развлекался ночами. То с супругой иностранного промышленника, то со срочно заказанной девушкой по вызову, то с итальянской актрисой, то с женой некоего дирижера. То вдвоем, а то и втроем.

Престарелому английскому премьер-министру Гарольду Макмиллану он в приливе откровенности как-то сказал: «Если у меня долго нет женщины, то начинаются сильные головные боли». Выбор дам у президента, обладавшего прекрасной внешностью и огромным состоянием, был богатым. Он ценил не качество, а количество. Ибо, как вспоминает о Кеннеди его случайная 19-летняя знакомая, «секс был для него чем-то вроде обязанности, с которым следовало побыстрее справиться». При этом «ласки ему не требовалось».

Как и его отец Джо, Джек тоже использовал женщин для удовлетворения своей сексуальной потребности, так что его сердце оставалось холодным. Причем, как обычно в этих кругах, очередная любовница быстро наскучивала, и, одарив ее непременной норковой шубой, он охотно передавал ее дальше – своим друзьям.

Джон Фицджеральд Кеннеди был обречен стать соблазнителем: у всех мужчин клана это было в крови.

Его отец, Джо Кеннеди, в прошлом посол Соединенных Штатов в Англии, был неисправимым сластолюбцем. Он обеспечил себе неиссякаемый источник удовольствий, вложив солидный капитал в Голливуд. И вот перед ним потекла нескончаемая вереница красоток, возмечтавших стать кинозвездами.

Джек Кеннеди потерял невинность в семнадцатилетнем возрасте, в публичном доме в Гарлеме, куда он наведался вместе с товарищем по школе Лемом Биллингсом. Девушка – кстати, белая – взяла с каждого по три доллара. Потом друзья ударились в панику. Уверенные в том, что подцепили венерическую болезнь, они бросились натираться разными мазями. Кеннеди этого показалось мало, и он среди ночи разбудил врача и потребовал осмотра.

Вскоре он преодолел свой страх перед венерическими болезнями и стал часто посещать дома терпимости, в первую очередь те, что южнее границы.

Вот некоторые эпизоды из его амурной жизни: «Когда Джон, находясь на военной службе, размещался в Вашингтоне, то проводил ночи с датской журналисткой Ингой Арвад. Он любовно называл ее "Инга Бинга" и покинул лишь после того, как американская секретная служба довела до его сведения, что "Инга Бинга" нацистская шпионка».

«Когда Кеннеди было уже за двадцать, его отец Джо ввел сына в эротический мир западного побережья, точнее Голливуда. Оставив далеко позади порог своего шестидесятилетия, отец, как и сын, не оставлял без внимания ни одну юбку. Первым голливудским завоеванием Джона была актриса Джин Тьерни. Между Голливудом и Джорджтауном развернулся самый настоящий секс-туризм».

«В Лондоне будущий американский президент тоже приобрел широкую известность. Вместе с сыновьями других богатых американцев спортивный морской офицер обнаружил там злачные места и показывал неплохие результаты на межконтинентальных "сексуальных состязаниях"».

«За годы, проведенные в конгрессе, Кеннеди приобрел прозвище "жизнерадостный холостяк". Правда, среди некоторых женщин Джорджтауна прошел слух, что в постели сенатор – сплошное разочарование и, кроме того, у него есть неприятная привычка то и дело смотреть на часы».

«В ресторане конгресса в Вашингтоне он однажды громко расхваливал своему другу Боби Бейкеру восхитительные качества красотки, сидевшей рядом: "Боби, посмотри на эту роскошную кошечку! Она обеспечит тебе самый великолепный оргазм во всех штатах".

Наконец пришло время жениться. И кто же подходил на роль новобрачной лучше, чем Жаклин Бувье, дочь знаменитого "Черного Джека" – Джона Вернона Бувье III, известного выпивохи и донжуана? Джеки, по крайней мере, знала, на что идет.

Внешне Жаклин Бувье производила впечатление классической "принцессы-девственницы". Если говорить об образовании, то она по всем статьям превосходила Кеннеди. А также славилась красотой и шармом.

Свадьба блистательных Джека и Джеки в 1953 году стала событием года.

Джеки и не рассчитывала на супружескую верность, но она не была готова к постоянному, всепоглощающему разврату – не каким-нибудь случайным отклонениям. На пару с конгрессменом и своим другом Джорджем Смазерсом Кеннеди снял квартиру в вашингтонском отеле "Кэрролл Армс", где они могли наслаждаться молодыми женщинами.

Во время предвыборной кампании будущий президент всегда останавливался в Голливуде на отдых, где ему скрашивали время такие дамы, как Джейн Мэнсфилд, Лиз Тейлор, Ким Новак, Энджи Дикиннсон и Ширли Маклейн.

Самый могущественный человек в мире увлекся красавицей-немкой по имени Элен (Элли Ромеч). Черноволосая стройная Элли ростом 165 см и весом 113 фунтов в 1961 году считалась звездой, блистая в изысканном "Кворум-клаб", где любили отдыхать сенаторы и правительственные чиновники. Но эта девушка имела один недостаток. Она была замужем за фельдфебелем немецкого бундесвера и состояла в связи с одним из советских атташе. Заподозрив, что в Вашингтоне она представляет собой немецкий вариант скандально известной лондонской девицы Кристины Киллер, Элли выдворили из Соединенных Штатов. Но ее размеры 88-63-85 – известны в Вашингтоне и поныне».

«Бурная связь завязалась у хозяина Белого дома с исполнительницей стриптиза Темпест Сторн. "Одежда полетела в сторону, политика забыта напрочь", – признавалась танцовщица в 1976 году, давая интервью телевидению.

С Мэри Мейер Кеннеди курил в Белом доме марихуану и между прочим смеялся в спальне вместе с ней над тем, что получилось бы, если бы в состоянии такого «кайфа» ему надо было нажать на ядерную кнопку».

«Кеннеди любил групповуху», – рассказывал его коллега по сенату Джордж Смазерс, который устраивал для Джека, страдавшего от болей в спине в результате полученного во время войны ранения, встречи с молодыми женщинами.

Все происходило особенно бурно, когда его жена Джеки в очередной раз удалялась в загородный дом. Секретная служба заботилась о прикрытии свиданий. А из Голливуда во множестве слетались «звезды» и «звездочки».

К тем временам относится и известное высказывание Линдона Джонсона, которому после Кеннеди предстояло стать президентом США: «Джек разъезжал по стране и целовал малышек, в то время как я должен был протаскивать законы». При этом под словом «малышки» можно понимать и нечто другое, например, «блондинки».

От случая к случаю секс в Белом доме и в самом деле обеспечивали две блондинки из секретариата, которых Джек называл Фиддл и Фэддл, а его жена Джеки презрительно – пуделями. Когда Джеки в очередной раз обнаруживала в постели чужие трусики, то на ее вопрос: «Ты не мог бы сказать, чьи они? Это не мой размер» – Джек не находил ответа. Как писал в биографии Кеннеди Кальер Игорвиц, «Джеку было неинтересно запоминать имена женщин. На следующее утро он называл их только «красавица» или "малышка"».

Одна из тех, кого он так и не заполучил и которая стала известной американской писательницей, считала: «Для президента была важна лишь охота».

Постельная карьера Кеннеди действительно заслуживает внимания. Где бы ни охватывало его желание, он тут же его удовлетворял. Так, в прошлом исполнительница стриптиза Блейз Стар и поныне любит вспоминать о минутах, проведенных ими в шкафу. Дело происходило в 1960 году. Будущий президент США занимался сексом с мисс Стар в большом стенном шкафу в новоорлеанском мотеле «Хилтон». Об этом не стоило бы и упоминать, если бы в соседнем помещении жених Блейз Стар губернатор Эрл Лонг в то же время не давал прием в честь Кеннеди.

Джон Кеннеди убит в возрасте 46 лет 22 ноября 1963 года. Его брат Роберт 5 июня 1968 года застрелен на предвыборном собрании в Лос-Анджелесе иорданским эмигрантом Сирханом Б. Сирханом. Сэм Джанкана умер под градом пуль в 1975 году.
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про чай и кофе
Интересное про Альберта Эйнштейна
Интересное про Австрию
Интересное о кладах и кладоискателях
Архангельский собор в Москве
Петр Дорошенко
Парфенон
Пантелеймон Кулиш
Категория: Знаменитые любовники | (22.06.2013)
Просмотров: 578 | Теги: знаменитые любовники | Рейтинг: 5.0/1