Вильгельм Рихард Вагнер

Вильгельм Рихард Вагнер | Умный сайт
Главная » Статьи » Знаменитые любовники

Вильгельм Рихард Вагнер
Вильгельм Рихард Вагнер

     Вильгельм Рихард Вагнер родился 22 мая 1813 года. Всего в семье было девятеро детей, но двое умерли в раннем возрасте. Отец скончался в год рождения Рихарда. По желанию отца, страстного театрала, старшая дочь Розалия стала актрисой: в 16 лет она дебютировала в Лейпцигском театре; другая дочь, Луиза, с десяти лет выступала на сцене и также посвятила себя театру; третья дочь, Клара, рано сформировалась как превосходная певица и в 16 лет с успехом исполнила в театре итальянской оперы в Дрездене роль Золушки в одноименной опере Россини. Старший сын Альберт готовился посвятить себя медицине, но любовь к театру взяла верх, и он сделался певцом и режиссером. С театром был связан и отчим – актер, драматург и художник Людвиг Гейер, заменивший Рихарду отца.

Гейер взял на себя заботы о семье умершего друга. Он женился на матери Рихарда – простой, малообразованной, но веселой и мужественной Иоганне-Розине, урожденной Бестц – и увез семью из Лейпцига в Дрезден. Рихард очень любил Гейера и считал его своим отцом. Всю жизнь он вспоминал о нем с благодарностью. На письменном столе Вагнера стоял портрет Гейера, стену украшал другой его портрет вместе с портретом горячо любимой матери, а над дверью висел герб, придуманный самим Вагнером и изображавший коршуна («Geier» по-немецки – «коршун»).

Гейер был первым, кто высказал догадку о пути, по которому пойдет жизнь Рихарда. Накануне своей смерти он просил мальчика сыграть ему на рояле хор из оперы «Вольный стрелок» Вебера; слушая игру 8-летнего Рихарда, Гейер внезапно сказал жене: «Быть может, у него талант к музыке?..»

Вагнер решил посвятить себя музыке и твердо шел по этому пути. Он самостоятельно, без помощи учителей, изучил теорию композиции. В 1831 году поступил вольнослушателем в Лейпцигский университет в качестве «студента музыки». В конце января 1833 года Вагнер отправился на поиски счастья в Вюрцбург, через год переехал в Лейпциг.

Музыкальный сезон 1834—1835 годов Вагнер провел в Магдебурге, где дирижировал в небольшом оперном театре. Дела театра шли плохо, несмотря на энергию нового дирижера, которого полюбили и публика, и артисты. Вагнер решил больше не возвращаться в Магдебург. Но встреча с Вильгельминой (Минной) Планер, очаровательной артисткой этого театра, заставила его проработать в Магдебурге еще сезон. Вагнер делал попытки пополнить труппу, обновить репертуар, но сборы продолжали падать, и многие артисты стали подыскивать себе новые места. Среди них была и Минна, уехавшая в Берлин. В полном отчаяния письме Вагнер умолял Минну вернуться и стать его женой: иначе – «я решил предаться пьянству, бросить всякую дальнейшую деятельность и как можно скорее отправиться к черту».

В 1836 году Минна стала женой Вагнера. Позже оказалось, что поспешный брак не принес счастья. Молодой, необеспеченный композитор, одержимый новыми грандиозными идеями, веривший в свое великое призвание, и красивая практичная женщина (старше его на 4 года), не любившая ни театра, ни искусства, были совершенно чужими людьми.

К тому же директор Магдебургского театра объявил себя банкротом. Перед закрытием театра Вагнер спешно поставил свою оперу «Запрет любви». Артисты только из уважения к нему взялись исполнить новое произведение. Однако на репетиции оставалось лишь 10 дней, партии разучивались наспех, все надежды возлагались на суфлера. На премьере, состоявшейся 29 марта 1836 года, публика с трудом могла что-либо понять. Вагнер хотел раздать зрителям отпечатанные либретто, но полиция потребовала изменить название оперы, которое ей показалось слишком вольным. Вагнер надеялся на успех второго спектакля, однако он не состоялся: в зале находилось 3 человека, а за кулисами муж примадонны устроил сцену ревности, завершившуюся дракой. Так закончилась сценическая жизнь второй оперы Вагнера – больше «Запрет любви» на сцене не появлялся.

С 1837 по 1839 год Вагнер жил в Риге. Он работал в театрах и брал уроки французского языка.

Вагнер не терял веры в свои силы, он был полон честолюбивых надежд, он мечтал покорить Париж, добиться успеха, славы, денег. «Это была дерзость артиста, – писал позже один из его друзей. – С женой, с половиной оперы, с маленьким кошельком и со страшно большой, страшно прожорливой ньюфаундлендской собакой отправиться через море и бури от Двины прямо до Сены, чтобы стать знаменитым в Париже!..» Годы, проведенные в Париже, были для Вагнера, как и для молодых героев многих романов Бальзака, временем «утраченных иллюзий».

Положение Вагнера было катастрофическим. Все ценное было заложено в ломбарде и продано. Нередко он целый день бегал по городу – в холод, в туман, – чтобы добиться от кредиторов отсрочки уплаты долгов; однажды, вернувшись из такого похода, не раздобыв и пяти франков на обед, он застал Минну в слезах: в доме не осталось ни куска хлеба. Вагнер старался не терять мужества, друзья поражались его неистощимому юмору, но, когда заболела Минна и ему не на что было купить лекарство, Вагнера охватило отчаяние: «Помоги мне Бог, я больше не могу себе помочь. Я использовал все, все – последние источники голодающего… И я проклял свою жизнь; что же еще я могу сделать?» Не достав денег, Вагнер попал в долговую тюрьму и вышел из нее лишь через месяц…

В Париже Вагнер очень тосковал по родине и в 1942 году вернулся в Германию. «Триумф! Триумф!.. День настал! Пусть он светит вам всем!» – так писал Вагнер своим друзьям о премьере «Риенци» в Дрездене 20 октября 1842 года. Безвестный музыкант, погибавший в нищете в Париже, внезапно стал модным композитором, знаменитостью; газета поместила его автобиографию с портретом. Шумный успех роскошной «Риенци» был для Вагнера неожиданностью. Он получил место в одном из лучших в Германии Дрезденском театре. Но основные силы он отдает творчеству. После постановки опер «Риенци» и «Летучий Голландец» он написал еще две – «Тангейзер» и «Лоэнгрин».

Наряды Вагнера тоже были роскошными и утонченными: он предпочитал кружевные рубашки, атласные брюки и атласные шелковые халаты. Из-за любви к роскоши и финансовой безответственности Вагнер однажды провел ночь в долговой тюрьме.

В марте 1848 года в Германии началась революция. Вагнер приветствовал ее, но вскоре восстание потерпело поражение. Композитор вынужден был бежать из Германии в Швейцарию, где прожил девять лет.

Личная жизнь Вагнера не налаживалась. У Минны развивалась сердечная болезнь. Изо всех сил она старалась экономно вести хозяйство, а Вагнер тратил много и нерасчетливо. Не находя удовлетворения своим художественным запросам, вдали от родины, оторванный от привычной бурной деятельности, лишенный возможности видеть поставленными свои оперы, не получая импульсов для творчества извне и вместе с тем продолжая упорно творить, Вагнер нуждался в покое, домашнем уюте. Он все больше стремился к роскоши, не соответствовавшей его скудным средствам, – пышно обставил квартиру, отправился путешествовать в Альпы, затем в Италию, ездил развлечься в Париж, где пользовался благосклонностью знаменитой куртизанки Павии. Он познакомился с Джесси Лоссот, прекрасной 21-летней англичанкой, чей муж оказал композитору безвозмездную финансовую помощь. Джесси поразила композитора красотой и умом. Они даже собирались вместе отправится в Грецию. Однако об этом узнал ее муж и пригрозил убить Вагнера. Мистер Лоссот увез жену с собой. Вагнер пытался их преследовать, но муж Джесси обратился за помощью в полицию, после чего композитору пришлось отступить. Однако Рихард продолжал наслаждаться жизнью. Обеспечить возможность вести такую жизнь, по мнению композитора, должны были его друзья и поклонники.

Около Вагнера образовался кружок преданных друзей. С годами их становилось все больше. В Цюрихе нередко гостил Лист, здесь поселился архитектор Земпер, бежавший после разгрома дрезденского восстания в Англию (где его и нашел Вагнер во время поездки в Лондон), поэт Гервег – также политический изгнанник.

В августе 1857 года младшая дочь Листа, Козима, стала женой Бюлова. Вскоре молодые супруги отправились погостить к Вагнеру. Композитор жил тогда в «Приюте на Зеленом холме» – в домике, построенном специально для Вагнера богатым купцом Отто Везендонком рядом с его виллой, в живописной местности близ Цюриха. Козима, очень похожая внешне на Листа, вызывала всеобщее восхищение друзей Вагнера; Гервег посвятил ей стихи. А Вагнер вспомнил, что еще четыре года назад, провожая Листа в Париж, он встретился там на семейном вечере с его детьми – двумя дочерьми и сыном. О Козиме, которой тогда не было еще 16 лет, сохранил смутное воспоминание: дочери Листа произвели на Вагнера впечатление очень застенчивых подростков, и он, кажется, даже не запомнил их имен. Зато теперь Вагнер писал в восхищении: «Если вы знаете Козиму, то согласитесь со мной, что юная пара создана для всяческого счастья, какое только возможно. При большом уме и действительной гениальности в этих человечках столько легкости, столько порыва, что с ними можно чувствовать себя только очень хорошо». Козима действительно принесла «счастье, какое только возможно», но не Бюлову, а Вагнеру…

Однако в 1857 году композитор еще не предчувствовал, что этой женщине, моложе его на 24 года, суждено стать его последней и подлинной любовью. В те годы Вагнер был охвачен пылкой страстью к Матильде Везендонк. Их знакомство произошло в начале 1852 года в Цюрихе. Отто Везендонк, зная стесненное материальное положение композитора, предложил ему свое гостеприимство. Вагнер сразу влюбился в его жену: 24-летняя Матильда отличалась редкой красотой, обаянием, поэтическим складом души. Она сочиняла стихи, тонко чувствовала музыку и преклонялась перед гением Вагнера. «Лучшее, что я знала, – вспоминала впоследствии Матильда, – я получила от Вагнера». В свою очередь Рихард писал ей:

«А моя милая муза все еще вдали? Молча ждал я ее посещения; просьбами тревожить ее не хотел. Муза, как и любовь, осчастливливает свободно. Горе глупцу, горе нищему любви, если он силою хочет взять то, что ему не дается добровольно. Их нельзя приневоливать. Не правда ли? Как могла бы любовь быть музою, если бы она позволяла себя принуждать?

А моя милая муза все еще вдали от меня?»

Он делился с ней художественными замыслами, читал свои статьи, написал ей в альбом фортепианную сонату и создал на ее тексты замечательные романсы – «Пять стихотворений для женского голоса». Вагнер посылал Матильде первые наброски возникавших у него музыкальных тем – из «Валькирии», «Зигфрида», «Тристана и Изольды», «Мейстерзингеров» и даже «Парсифаля». Она была его первой слушательницей: то, что Вагнер сочинял утром, по вечерам он играл Матильде. Любовью к Матильде Везендонк вдохновлена и одна из оригинальнейших опер Вагнера – «Тристан и Изольда». Эта опера, по словам композитора, – памятник глубочайшей неразделенной любви: «Хотя мне не дано было никогда испытать настоящего счастья любви, я все же хочу поставить памятник этой красивейшей утопии – такой памятник, в котором все, от первого до последнего штриха, будет насыщено любовью. В голове у меня бродит мысль о "Тристане и Изольде": простая, но полная вдохновения музыкальная концепция! Черным флагом, который веет в последнем акте, прикрою себя самого и – умру!» Матильда Везендонк сумела подчинить свое чувство к Вагнеру долгу перед мужем и семьей (к тому времени она была матерью троих детей). Отто Везендонк остался другом композитора и продолжал оказывать ему материальную помощь.

Минна Вагнер не верила, что отношения Матильды и ее мужа чисто платонические. Ее опасения подтвердились, когда она перехватила любовное письмо. Вне себя от ярости, Минна устроила сцену сначала Рихарду, а затем и Матильде. Везендонк обо всем откровенно рассказывала мужу, поэтому была удивлена, что Вагнер не посвятил Минну в подробности их отношений. Она порвала с композитором и вернулась к мужу. Минна тоже уехала из дома Вагнера. После этого скандала они почти не жили вместе.

Жизнь композитора проходила в вечных скитаниях: Париж, Вена, Лейпциг, Петербург, Москва. В Мюнхене он стал любимцем короля Людвига II, известного своей нетрадиционной сексуальной ориентацией. Монарх оплачивал все долги композитора и текущие расходы.

По желанию Вагнера для музыкального руководства его операми в Мюнхен был приглашен его друг и ученик Ганс Бюлов, под его управлением состоялась премьера «Тристана». Бюлов поселился здесь в конце июня 1864 года с женой, Козимой и двумя дочерьми. Пятидесятилетний Вагнер стал любовником госпожи фон Бюлов. За пять лет до этого Рихард увлекался старшей сестрой Козимы Бландин. Козима, живя в доме Вагнера в качестве его секретаря, старалась создать композитору семейный уют, которого он был так долго лишен. Брак ее с Бюловом оказался несчастливым, а любовь к Вагнеру зрела в ее душе давно. Женщина спокойного нрава, она не выносила резких выходок Ганса. Тем не менее сначала она жила и с мужем и Вагнером, но затем предпочла любовника.

Бюлов тяжело переживал измену жены и друга, которому был так предан. Узнав о происшедшем из случайно вскрытого письма Вагнера к Козиме, он глубоко затаил свое горе и ничего не сказал даже ближайшим друзьям.

И в этих условиях Бюлов продолжал верно служить делу Вагнера до тех пор, пока композитор покинул Мюнхен.

Поведение Вагнера глубоко оскорбило не только Бюлова, но и другого его верного друга – Листа, отца Козимы.

Покинув в 1865 году столицу Баварии, Вагнер надолго обосновался в Швейцарии. До весны 1866 года он жил на вилле вблизи Женевы, а в апреле поселился неподалеку от Люцерна, в Трибшене.

Но как непохожа была жизнь в Трибшене на первое «швейцарское изгнание» Вагнера! Шесть лет, проведенных здесь (1866—1872), были самыми спокойными и счастливыми в его бурной жизни. Кончились нужда и гнетущее одиночество. Рядом с ним была Козима, верный и преданный друг, человек сильной воли, настойчивости, энергии и честолюбия не меньшего, чем у Вагнера. На склоне лет он узнал счастье отцовства – один за другим рождались дети, которым композитор давал имена своих любимых оперных героев. Еще в Мюнхене, во время репетиций «Тристана», появилась на свет Изольда, за ней – голубоглазая, златокудрая Ева, названная в честь герцогини «Мейстерзингеров», и, наконец, желанный сын, нареченный Зигфридом. Его рождение совпало с завершением оперы «Зигфрид»: «В тот день, когда у меня, счастливейшего, родился прекрасный сын, я окончил композицию "Зигфрида", прерванную одиннадцать лет назад. Неслыханный случай! Никто не поверил бы, что я это совершу… Только теперь предстоит мне жить в радости. Прекрасный, крепкий сын с высоким лбом и ясным взглядом, Зигфрид Рихард наследует имя своего отца и сохранит его творения миру», – писал Вагнер другу. Свои настроения этих дней он запечатлел в светлой и безмятежной музыке «Зигфрид-идиллии» для малого симфонического оркестра, которой предпослал стихотворное посвящение Козиме:
Пусть тот, кто ценит Зигфридов
обоих,
Вкушает звуков мир, рожденный для
тебя

Вагнер достиг всего – признания, славы, обеспеченного положения, счастья и любви. Смерть застигла его за работой. Композитор умер внезапно, от разрыва сердца. Его похороны сопровождались истинно королевскими почестями.

Козима в доказательство любви и преданности мужу отрезала себе волосы, которыми муж так восхищался, и положила их на красной подушке в гроб под его голову. Она пережила Вагнера почти на полвека и с большой энергией продолжала его дело; она умерла в 1930 году, девяноста трех лет от роду.
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про яды
Интересное о черепахах
Интересное о студенческих традициях
Во время депрессии лучше принимаются решения
Блаженный Августин
Каджурахо – «Храм любви»
Долина Моче
Август Цезарь
Категория: Знаменитые любовники | (26.06.2013)
Просмотров: 502 | Теги: знаменитые любовники | Рейтинг: 5.0/1