Бабур

Бабур | Умный сайт
Главная » Статьи » Знаменитые монархи

Бабур
Бабур

     Основатель империи Великих Моголов Бабур был прямым потомком Тимура Тамерлана. Он родился в Андижане в феврале 1483 года. В июне 1494 года умер его отец, бывший правителем Ферганы, и беки объявили 11-летнего мальчика его преемником. «В месяце рамазане восемьсот девяносто девятого года, — пишет Бабур в автобиографии, — я стал государем области Ферганы на двенадцатом году жизни». С этого времени началась его взрослая жизнь, заполненная бесконечными войнами, далёкими походами и тяжёлой борьбой с многочисленными врагами. «Немногим правителям, — пишет Абу-л-Фазл, — довелось преодолевать такие трудности, какие выпали на его долю. Ему пришлось проявить сверхчеловеческую смелость, уверенность в своих силах, стойкость на поле битвы и в других опасностях».

В ноябре 1497 года вместе со своим двоюродным братом Али-мирзой Бабур изгнал из Самарканда правившего там в течение двух лет султана Байсонкура. Однако сам он удержался в столице Тимуридов всего три месяца и из-за недостатка продовольствия должен был оставить разорённый город. Между тем в его отсутствие непокорные беки, действовавшие от имени младшего брата Бабура Джихангир-мирзы, захватили и опустошили его родной Андижан, казнив кое-кого из близких ему людей. Бабур был потрясён. «Сколько я себя помню, — пишет он, — я не знал такого горя и страдания».

Так впервые Бабур пострадал от своих собственных родичей. Но самым опасным и сильным врагом его оказался Мухаммад Шайбани — хан кочевых узбеков. Воспользовавшись междоусобными войнами Тимуридов, он завоевал за несколько лет всю Среднюю Азию. Осенью 1500 года Шайбани-хан овладел Самаркандом. Весть об этом переполнила сердце Бабура горечью. «Почти сто сорок лет столичный город Самарканд принадлежал нашему дому, — пишет он в своих записках. — Неизвестно откуда взявшийся узбек, чужак и враг пришёл и захватил его!» Бабур немедленно двинулся на Самарканд и с ходу овладел им. Вслед за тем ему покорились все окрестные крепости. Шайбани-хан отступил в Бухару. В апреле 1501 года, собравшись с силами, он опять двинулся на Самарканд. На берегу Зеравшана Бабур дал ему бой. Обе стороны сражались с большим упорством, но узбеки сумели обойти левый фланг моголов и зашли к ним в тыл. Бабур был разбит. С десятью или двенадцатью человеками он бежал в Самарканд. Победители осадили город. Спустя несколько месяцев в Самарканде начался жестокий голод. «Дошло до того, что бедные и нуждающиеся стали есть собачье и ослиное мясо, — пишет Бабур. — Так как корм для коней сделался редкостью, то люди давали коням листья с деревьев… В это время Шайбани-хан завёл разговор о мире. Будь у нас надежда на помощь, будь у нас припасы, кто бы стал слушать слова о мире? Однако необходимость заставила. Заключив нечто вроде мира, мы ночью… вышли из ворот Шейх-Заде…»

Оставшийся без удела, Бабур отправился к своему дяде Махмуд-хану, правителю Ташкента. Вместе с ним он участвовал во многих стычках и набегах. Зная отвагу племянника, дядя охотно поручал ему трудные задачи, но не спешил с наградой. Махмуд не дал ему в управление ни одного из своих городов, на что Бабур одно время очень рассчитывал. Тогда в 1504 году он отправился искать счастья в Хорасан. «Моих людей, знатных и простых, которые с надеждой следовали за мной, было больше двухсот и меньше трёхсот, — пишет он, — в большинстве они были пешие с дубинами в руках, с грубыми башмаками на ногах и чапанами на плечах. Нужда дошла до того, что у нас было всего две палатки. Мой шатёр ставили для моей матушки, а для меня на стоянке готовили шалаш, и я жил в шалаше». В это время в Хорасане было неспокойно. Все ждали нападения Шайбани-хана. Правитель страны Хусайн Байкара находился в полной растерянности. Когда Бабур переправился через Амударью, три или четыре тысячи моголов, находившихся в Кундузе, пришли со своими домочадцами и присоединились к нему. Вскоре его силы ещё более возросли, так как на службу к Бабуру перешли все воины Хисрау-шаха, правителя Хисара. С этой армией в октябре 1504 года Бабур подступил к Кабулу, находившемуся в то время в руках Мукима, сына правителя Кандагара Зу-н-Нуна Аргуна. Тот сдал ему город без боя. Вскоре Бабур распространил свою власть на Газни и стал правителем обширного царства.

Зорко наблюдая за тем, что происходит на его родине в Средней Азии, Бабур вместе с тем не мог не думать о загадочной Индии, располагавшейся неподалёку от его новых владений. В январе 1505 года он совершил поход на Джаму и Пешевар. Тогда он в первый раз увидел Индию. «Когда я достиг их, то увидел новый мир, — вспоминает Бабур. — Трава была иная, деревья — другие, дикие животные — новых видов, птицы иного оперения, обычаи и нравы народа совершенно другие. Я был изумлён, и в самом деле это место вызывало изумление». Во время этого первого индийского похода были захвачены крепости Кохат, Бангаш и Нагз. В мае армия моголов вернулась в Кабул. Бабур не думал пока о создании могольского царства в Индии, поскольку ещё оставались надежды на сохранение власти Тимуридов в Средней Азии. В мае 1506 года вместе с правителем Герата Бади аз-Заманом и другими родичами Бабур отправился в поход против Шайбани-хана, но до военного столкновения тогда дело не дошло. Часть зимы он провёл в Герате, а в начале 1507 года, когда все перевалы были завалены снегом и стояли жестокие морозы, вернулся в Кабул.

В том же году, уже после отъезда Бабура, Шайбани-хан внезапным налётом овладел Гератом. Среди убитых в бою с узбеками был Зу-н-Нун Аргун, правитель Кандагара. Бабур поспешил к этому богатому городу и с боем захватил его. Но прошло совсем немного времени, и Кандагар был осаждён Шайбани-ханом. «Как только дошла об этом весть, — пишет Бабур, — я созвал беков и устроил совет. Я завёл речь о том, что столь чужие нам люди и исконные враги, как узбеки и Шайбани-хан, завладели всеми землями прежде подвластными потомкам Тимура… Я остался один в Кабуле; враг весьма силён, а мы — очень слабы. Заключить мир надежды нет, сопротивляться тоже нет возможности. Имея столь сильного и могущественного противника, нам надо найти для себя какое-нибудь место; пока ещё есть время и возможность, следует уйти подальше от такого мощного и грозного врага». После долгого совещания большинство беков высказалось за то, что следует уходить в Индию. Второй поход Бабура в Индию, начавшийся в сентябре 1507 года, был плохо организован и подготовлен. Он пишет: «Не проявив дальновидности, мы не подумали заранее, где бы обосноваться, ни места, куда идти, не было установлено, ни земли, чтобы жить там, не было намечено…» Спустя короткое время стало известно, что Шайбани-хан ушёл из-под Кандагара. Непосредственная угроза владениям Бабура миновала. В начале 1508 года он вернулся в Кабул и пробыл здесь до смерти Шайбани-хана, которая последовала в 1510 году. Узнав, что его враг погиб в бою с персидским шахом Исмаилом I, Бабур перешёл в наступление и в январе 1511 года завладел Кундузом. Тогда же под его власть перешла Фергана, а в октябре 1511 года также без боя сдался Самарканд. Однако уже в ноябре 1512 года узбеки принудили его навсегда оставить столицу Тимуридов. Бабур отказался от дальнейшей борьбы с этим воинственным народом и обратил свои помыслы на юг.

Для завоевания Индии он сформировал небольшую, но прекрасно оснащённую, дисциплинированную и закалённую в боях армию. Все его солдаты были вооружены современным огнестрельным оружием. Хорошо понимая, какое важное значение стала играть в войне артиллерия, Бабур постарался приобрести достаточное количество пушек. Во главе его артиллерийского парка встал опытный турецкий артиллерист Устад Али. В следующие десять лет были совершены ещё два успешных похода в Индию. Третий по счёту поход начался в январе 1519 года. Во время него Бабур имел удачное столкновение с племенем юсуфзаев. Тогда же был взят Биджаур. В 1520 году под его власть перешли Сиалкот и Саидпур. Одновременно он расширял свои владения в Афганистане и в 1522 году вновь овладел Кандагаром. В эти годы Бабуру удалось установить хорошие отношения с афганскими племенами юсуфзаев и дилазаков. Таким образом он смог не только обезопасить тыл своих войск от их возможных нападений, но и привлечь в свои войска отряды многих афганских племён. Четвёртый поход в Индию состоялся в 1524 году. Бабур преодолел Хайберский проход, форсировал Джелум и Ченаб, подошёл к Дибалпуру и вскоре взял его.

Однако к концу 1525 года из всех индийских владений в руках Бабура остался только Лахор. Вся остальная территория Пенджаба отошла к родичу делийского султана Даулат-хану Лоди. Было очевидно, что путём спонтанных походов Индии за собой не удержать. Для того чтобы прочно утвердиться в этой стране, следовало перенести туда центр тяжести своей державы. С этой целью 17 ноября 1525 года Бабур начал свой пятый, самый знаменитый поход в Индию. «В начале этого похода, — пишет Абу-л-Фазл, — победа следовала за победой, а удача за удачей». Даулат-хан, оказавший сопротивление моголам, был побеждён и признал себя их вассалом. Бабур сделался полновластным хозяином Пенджаба. Оставив в городах гарнизоны, он двинулся на Дели и 16 декабря переправился через Инд. Здесь Бабур произвёл смотр своему войску, численность которого составляла всего лишь 12 тысяч человек. В основном это были воины, набранные в Средней Азии и из числа афганских племён, подчинённых ему как правителю Кабула. К нему примкнула также часть гахкаров — горных племён Пенджаба.

Армия Ибрахима Лоди, выступившая навстречу Бабуру, была значительно больше. Под началом делийского султана находилось около 40 тысяч человек и тысяча боевых слонов. Готовясь к сражению, Бабур выбрал хорошую позицию и тщательно укрепил её. На правом фланге его лагерь примыкал к Панипату, а левый фланг прикрывали искусственные сооружения — рвы, поваленные деревья и изгороди. По линии фронта было поставлено около 700 повозок, скреплённых ремнями, а между повозками установлены щиты. За ними разместились мушкетёры и пушкари, причём в укрытиях были оставлены проходы, достаточные, чтобы пропустить конные отряды в 100–150 всадников. На левом фланге Бабур поместил большой отряд для обходного движения.

Решительная битва при Панипате произошла 21 апреля 1526 года. Ибрахим Лоди атаковал. Однако вместо того чтобы обрушиться на врага, передние ряды индийцев, приблизившись к линии обороны моголов, по какой-то причине остановились (произошло это, видимо, из-за неопытности султана, который, по свидетельству Бабура, был никудышным военачальником). Солдаты Бабура открыли беглый огонь из пушек и ружей по скопившимся массам воинов Ибрахима, представлявшим собой прекрасную мишень. Могольская конница атаками с флангов и тыла смяла войска Ибрахима Лоди. Около полудня враг обратился в бегство. Разгром был полным — потери индийцев только убитыми составили около 20 тысяч. Среди павших врагов был опознан труп самого Ибрахима Лоди.

Преследуя отступавшего в беспорядке врага, Бабур 25 апреля занял Дели, а 4 мая вступил в Агру. Победа при Панипате, впрочем, не означала ещё установления власти моголов в Северной Индии. Вся территория к востоку от Агры оставалась в руках независимых афганских военачальников и индийских раджей. В следующие восемь месяцев власть Бабура распространилась от Аттока до Бихара. Мультан также был присоединён к его владениям. Но до полной победы было пока далеко. Два врага, с которыми предстояло бороться Бабуру, чтобы обеспечить себе господство в Индостане, были афганцы и раджпуты. Последние сплотились вокруг раны Санграма Сингха, правителя Мевара.

Между тем положение победителей было очень непростым. В Агре и Дели после занятия их моголами замерла торговля, на базарах исчезло зерно и другие необходимые товары. «Когда мы прибыли в Агру, — рассказывает Бабур, — между нашими людьми и тамошними людьми сначала царила удивительная рознь и неприязнь. Воины и крестьяне тех мест боялись наших людей и бежали… Для нас и для коней нельзя было найти пищи и корма. Жители деревень, из вражды и ненависти, оказывали неповиновение, воровали и разбойничали; по дорогам невозможно было ходить. Мы ещё не успели разделить казну и назначить в каждую область и местность крепких людей; к тому же в том году было очень жарко; люди во множестве разом падали и умирали от действия губительных ветров».

Однако эти трудности не остановили Бабура. Спор между ним и Санграмом Сингхом разрешился 27 марта 1527 года в битве при Кхануа. Так же как в предыдущем сражении, Бабур велел укрепить свои позиции связанными повозками, насыпями и деревянными треножниками. Сражение было упорным, поскольку раджпуты имели численное превосходство. «Центры обоих войск стояли друг против друга, подобные свету и тьме, — пишет Бабур, — а на правом и левом крыле происходила столь великая битва, что на земле возникло трясение, а на вышнем небе раздались вопли… Мрак от пыли собрался в облако и, словно тёмная туча, раскинулся над всем полем битвы… Разящие смешались с поражаемыми и победители с побеждёнными, так что признаки различий скрылись от глаз…» Решающую роль в победе мусульман опять сыграло огнестрельное оружие. «Мухаммад Хумайун бахадур, — продолжает свой рассказ Бабур, — выкатив вперёд лафеты пушек, разбил ряды нечестивых, как и сердца их, ружьями и пушками». Раджпутская конница не смогла устоять против сокрушительного огня моголов и потерпела полное поражение. «Немало убитых пало на поле битвы, — сообщает Бабур, — многие, отчаявшись в жизни, ушли в пустыню скитаний и стали снедью для ворон и коршунов. Из трупов убитых сложили холмы, из голов их воздвигли минареты…» Санграма не смог пережить своё поражение и умер в 1528 году. Избавившись от угрозы со стороны раджпутов, Бабур двинулся на восток против афганцев. В январе 1528 года он взял сильную крепость Чандари, занял Бихар, заставил отступить Нусрат-шаха, султана Бенгалии, и в мае 1529 года на реке Гогре разгромил выступивших против него афганцев во главе с Махмудом Лоди. К 1530 году границы его государства раздвинулись до Бенгалии.

Бабур совсем недолго прожил после своей блистательной победы. 26 декабря 1530 года он умер в Агре от дизентерии. Его похоронили на берегу Джамны, но через несколько лет прах падишаха был перевезён в Кабул. Личность и деяния Бабура произвели большое впечатление на современников. Историки отмечают, что он был не только способным полководцем и хорошим государственным деятелем, но обладал также незаурядным литературным талантом. Бабур писал прекрасные стихи на тюркском языке, а его проза отличается ясностью и простотой стиля. Кроме знаменитой автобиографии «Бабур-наме» и большого количества стихов он оставил после себя стихотворный трактат «Мубайин», где изложил свои взгляды на управление государством.
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про День сурка
Интересное о каннибализме
Интересное о войне
Интересные брачные курьезы
Максим Березовский
Адольф Гитлер
Эрнест Резерфорд
Александр Великий
Категория: Знаменитые монархи | (06.04.2013)
Просмотров: 838 | Теги: знаменитые монархи | Рейтинг: 5.0/1