Александр Цек

Александр Цек | Умный сайт
Главная » Статьи » Знаменитые разведчики

Александр Цек
Александр Цек

     Война шифровальщиков и дешифровальщиков ведётся не менее ожесточённо, чем война на полях сражений. Особый размах она приобрела в годы Первой мировой войны, когда начали широко использовать радиосвязь.

В октябре 1914 года русские моряки потопили в Финском заливе лёгкий германский крейсер «Магдебург», захватив при этом уцелевшую книгу кодов германского военно-морского флота. Всё было проделано аккуратно, немцы ни о чём не узнали и продолжали пользоваться кодом. Своей находкой русские поделились с союзниками, и англичане практически всю войну читали радиограммы немецких военных моряков надводного флота. Их расшифровкой и чтением занималось специальное подразделение британской военно-морской разведки, руководимой сэром Реджинальдом Холлом. Она называлась «Комната 40», и там работали лучшие специалисты. Благодаря успехам этого подразделения (и подарку русских) Королевский военно-морской флот смог нанести впечатляющее поражение немцам в Ютландском морском сражении в конце мая 1916 года. Труднее обстояло дело с расшифровкой германского дипломатического кода. Несмотря на все усилия сотрудников «Комнаты 40» открыть его тайну не удавалось.

Руководство английской разведки понимало, что такая удача, какая подвернулась с крейсером «Магдебург», больше не повторится. К добыче немецких шифров надо было привлекать агентуру. Самые большие возможности английская разведка имела в Бельгии. Туда и направились усилия разведчиков.

Руководить агентами на севере Франции и в Бельгии (английская медсестра Эдит Кавель, молодые бельгийки Маргерит Вальревенс и Марта Кнокерт, француженка Луиза Беттиньи, она же Алиса Дюбуа и другие) поручили майору Камерону. В составе его группы было подразделение охотников за кодами под командой майора Тренча. Они занимались поисками кодовых книг в сбитых немецких дирижаблях, и иногда их поиски оказывались успешными. Но дипломатический код достать никак не удавалось.

Между тем в оккупированной немцами Бельгии произошло одно незаметное событие.

Ещё в самом начале оккупации в богатый дом в центре Брюсселя вселился офицер немецкой комендатуры. Хозяином дома был очень зажиточный австрийский предприниматель, чех по национальности, по фамилии Цек, который жил там вместе с сыном Александром и женой — англичанкой. Она, правда, в это время находилась в Англии, где её застала война, и как подданная враждебного государства (Австро-Венгрии) была интернирована.

Как-то раз Александр постучал в дверь комнаты офицера, попросил разрешения войти и сказал, что хочет сообщить об одном важном деле. Оно заключалось в следующем: занимаясь опытами с беспроволочным телеграфом, он сконструировал особый приёмник, который установил на чердаке дома. Поэтому он просит офицера немедленно проинформировать комендатуру, чтобы его не заподозрили в шпионской деятельности.

Офицер успокоил наивного молодого человека и сообщил о разговоре приятелю из электротехнической роты. Тот, ознакомившись с устройством, установил, что Александру действительно удалось создать приёмник, которого ещё не было в германской армии. Для своего времени приёмник Цека был новинкой: он мог принимать как на самых коротких, так и на длинных волнах. О Цеке и его устройстве было доложено начальству. Молодым изобретателем заинтересовались.

Военные власти и контрразведка подвергли всю семью Александра Цека негласной проверке. Выяснилось, что его отец, очень богатый австрийский фабрикант, принадлежал к высшим кругам австрийского общества, был даже принят при императорском дворе. Будучи чехом, он оставался ярым австро-венгерским патриотом и в политическом отношении был безупречен. Благоприятные отзывы были получены и о матери Александра, которая вполне сжилась со своей новой родиной и слыла «доброй австриячкой».

Об интересе контрразведки к Цеку каким-то образом стало известно влиятельным кругам Австро-Венгрии. Оттуда поступил запрос. Военное командование дипломатично ответило на него и, в свою очередь, поинтересовалось, возможно ли воспользоваться техническими знаниями представителя этой уважаемой семьи и предложить ему работу, связанную с важными военными тайнами.

Ответ не замедлил себя ждать: «Он вне всяких подозрений». После этого Александр был приглашён на работу. Его взгляды совпадали со взглядами отца, он считал себя австрийским патриотом и охотно принял предложение.

Его приняли на службу и зачислили на скромную должность штатского чиновника центральной радиостанции гражданского управления Бельгии.

Поначалу Александр занимался сборкой аппаратов для радиотелеграфа. Он проявил усердие и недюжинные способности техника и вскоре заслужил полное доверие своего начальства. Его назначили на один из самых ответственных постов приёмщика радиограмм, получаемых германскими властями в Бельгии как из Берлина, так и от различных военных штабов с театра военных действий. Это была совершенно секретная работа.

Тайный код, который использовался при посылке особо важных правительственных депеш, был лишь у важнейших должностных лиц германского правительства и подчинённых ему организаций. Книги, содержащие коды, находились лишь у командующих армиями, генерал-губернаторов завоёванных территорий и у германских послов в иностранных государствах.

Германский телеграфный ключ был выработан ещё в предвоенные годы. Он состоял из двух книг. В «толстой» буквы алфавита, а также некоторые слова обозначались условными цифровыми знаками. Но этой книгой нельзя было пользоваться без второй, «тонкой». В ней было указано, в какой день года каким ключом пользоваться, так как цифры первой книги ежедневно меняли своё значение. Кроме того, в различные дни года ключи «толстой» книги приходилось особым образом сочетать с определёнными цифрами «тонкой».

Немецкий код принадлежал к разряду тех, расшифровать которые практически невозможно.

Александр Цек стал одним из тех немногих, кто в изолированном и строго охраняемом помещении днём и ночью был занят расшифровкой тайных правительственных телеграмм, адресованных генерал-губернатору оккупированной Бельгии Морицу фон Биссингу.

Английская разведка продолжала поиски немецких кодов. Майор Тренч выяснил, что в Брюсселе существует радиостанция, которая получает телеграммы по особому тайному коду.

Тренч дал команду своим агентам в Бельгии узнать, кто занимается расшифровкой. Они сообщили несколько фамилий.

Английская разведка навела обстоятельные справки обо всех сотрудниках радиостанции и остановила своё внимание на Александре Цеке. Его кандидатуру признали подходящей, поскольку он был наполовину англичанином, а его мать находилась в Англии и была интернирована британскими властями.

Цека вербовали медицинская сестра Эдит Кавель и её правая рука, издатель-подпольщик Филипп Бокк. В обмен на секретные коды ему предложили безопасность горячо любимой матери и возможность переехать в Англию после удачного завершения операции. Вручили письмо от матери.

Цек внимательно выслушал агентов, прочёл письмо, в котором мать просила со вниманием отнестись к тому, что ему скажут её друзья. К этому времени он уже разочаровался в немецких союзниках Австро-Венгрии, в кайзере Вильгельме. Предложение Кавель и Бокка пришлось ему по душе, к тому же добавилось беспокойство за мать. Он дал согласие.

Руководитель разведки Бенджамин Холл действовал с солдатской прямотой. Он предложил, чтобы Александр похитил книги кода и ночью, со всеми необходимыми предосторожностями, бежал в нейтральную Голландию.

Но майор Тренч выступил против этого плана.

— В случае обнаружения кражи, — заявил он, — немцы немедленно изменят ключи шифра, и вся авантюра пойдёт насмарку.

Было принято предложение Тренча: Александру Цеку засесть за кропотливую работу — по ночам во время дежурства дословно скопировать обе книги.

Это было безумно тяжело и опасно, и, окончив свой труд, он оказался совершенно больным. Врач констатировал сильное переутомление. Состояние Александра было тяжёлым.

Немного придя в себя, он приступил ко второй части задания: требовалось доставить копии книг в Голландию. Агент-проводник в ночь на 14 августа 1915 года довёл его до проволочных заграждений с током высокого напряжения и указал слабо охраняемое место. Там при помощи изолированных деревянных покрышек на ободьях своего велосипеда он раздвинул проволоку и перебрался на территорию Голландии.

Копии книг попали в руки майора Оппенгейма, шефа английской разведки в Роттердаме, а от него — адмиралу Холлу. С этого дня, задолго до вступления Америки в войну, союзники получили возможность расшифровывать секретные радиограммы немецкого правительства.

Поступок Александра Цека привёл к тому, что в войну вступили Соединённые Штаты Америки, что во многом предопределило поражение Германии. Вот почему историки иногда называют Александра Цека человеком, решившим исход Первой мировой войны.

Как же это случилось?

17 января 1917 года в «Комнату 40» поступила перехваченная телеграмма. Она, как и большинство других, проходила через американскую фирму связи «Вестерн юнион» и была «пиратским» способом получена англичанами.

Ею занялись дешифровальщики секции А (дипломатический перехват) Найджел ди Грей и Уильям Монтгомери. Уже просмотр первых групп цифр показал, что он содержит набор цифр варианта 13 040, ключевого числа немецкого дипломатического кода. Вскоре прочли и подпись под телеграммой (97 556). Это был не кто иной, как Артур Циммерман, статс-секретарь немецкого министерства иностранных дел. А телеграмма предназначалась германскому шефу в Мексике фон Экардту:

«Справочный № 13 042. Министерство иностранных дел, 16 января 1917 года. Совершенно секретно. Дешифровать лично. Мы намерены начать с первого февраля неограниченную подводную войну. Несмотря на это я считаю возможным поддерживать нейтралитет США. Если наши усилия в этом направлении будут безуспешны, мы заключим союз с Мексикой на следующих условиях. Мы будем считать её и в войне нашей союзницей и заключим мир. Мы могли бы предоставить ей за это финансовую помощь и постараться возвратить ей утерянные ею в 1848 году штаты Нью-Мексико и Аризона. Выработка подробностей этого плана предоставляется на ваше усмотрение. Вам поручается под строжайшим секретом прозондировать на этот счёт мнение Каранцы и, как только он узнает, что с Америкой также нам не миновать войны, намекнуть, что недурно было бы ему взять на себя инициативу начать переговоры с Японией о союзе, довести их до благоприятного конца и тогда немедленно же предложить своё посредничество между Германией и Японией. Обратите внимание Каранцы на то, что начало нашей беспощадной подводной войны делает возможным обессилить Англию и привести к миру в течение нескольких месяцев.

Циммерман».

Текст телеграммы сразу же попал контр-адмиралу Реджинальду Холлу. Его необходимо было довести до сведения американского президента и народа США. Но как это сделать, чтобы не раскрыть перед всем миром, что «Комната 40» имеет возможность перехватывать и читать самые секретные депеши врага? Ведь информация обязательно просочится.

А в это время, пока американский президент Вудро Вильсон вёл с немецким послом фон Бернштоффом переговоры о свёртывании подводной войны, секретарь МИДа кайзера усиливал антиамериканские происки в Мексике и Японии, а флот кайзера готовился к расширенным подводным операциям.

Легализовать телеграмму решили следующим образом: в Мексике с согласия «Вестерн Юнион» получить дубликат телеграммы и предоставить её Вашингтону. Кто и как расшифровал её, умолчать. Так и сделали.

Текст телеграммы передали в американское посольство в Лондоне.

Опубликование телеграммы вызвало бурю негодования во всём мире. Выходило, что Германия замышляла заговор против ещё одной нейтральной державы и хотела вовлечь Японию в войну против Англии и США. Американская пресса, выступавшая за войну, сгущая краски, изображала опасность, угрожавшую Америке. Она писала, что, по мнению высших американских военных, нападение Японии на Америку произойдёт через мексиканскую территорию в долину Миссисипи, чтобы разделить страну на две части.

После опубликования телеграммы агентством «Рейтер» немцы узнали, что текст депеши германского статс-секретаря каким-то образом попал в руки врагов. В Германии это вызвало общую депрессию. Статс-секретарь Циммерман вынужден был давать объяснения в рейхстаге по этому делу. Вместо того чтобы откреститься от телеграммы и назвать её фальшивкой и провокацией, он что-то мямлил о том, что совершенно не понимает, каким путём её текст мог попасть в руки американцев, так как отправлена она была «под самым секретным кодом». Сплоховал он и на пресс-конференции: неловко негодуя на неделикатность англичан, он тем самым подтвердил подлинность телеграммы.

Каковы же были последствия? Когда президент Вильсон узнал о двойной игре немцев, его едва не хватил удар. 3 февраля США объявило о разрыве американо-германских отношений, а 6 апреля 1917 года — о вступлении в войну.

Какова же судьба главного героя Александра Цека?

Он пересёк границу и… исчез. Никто никогда его больше не видел. Даже неизвестно, как документы попали в руки английского резидента. Александр Цек словно в воду канул, и никаких следов его гибели или его существования не обнаружено.

Несчастный отец израсходовал громадные деньги на его поиски и одно время даже содержал целый штат детективов. Но всё это оказалось напрасным. Единственный след, на который удалось напасть отцу, вёл из Голландии в Англию.

Узнав об этом, отец написал отчаянное письмо сэру Реджинальду Холлу. Тот ответил 3 мая 1925 года, что лица под именем Александр Цек он нигде, кроме их семьи, не встречал и ничего о нём не слышал.

Но сэр Реджинальд о чём-то умалчивал. Его, бесспорно, волновал вопрос, что будет, если немцы узнают о бегстве шифровальщика. Они поменяют коды — и начинай всё сначала! Если бы молодого человека оставили в живых, он во время войны мог бы сознаться в том, что выдал код англичанам. Другое дело, если бы от него удалось навсегда отделаться.

Исследователи полагают, что драконовские законы приговорили молодого человека к смерти. Скорее всего, англичане перевезли его тело в Брюссель, чтобы убедить немцев, что Цек погиб в результате несчастного случая. Итог: шифровальщики кайзера продолжали пользоваться теми же шифрами.

Но ведь остались свидетели его работы на британскую разведку — Эдит Кавель и Филипп Бокк. Их группа была арестована немцами на следующий день после перехода Цека в Голландию.

В очерке об Эдит Кавель рассказывалось, что ещё до суда представилась возможность организовать побег Эдит Кавель из тюрьмы, и для её освобождения требовалась всего лишь одна тысяча фунтов. Но английская разведка была заинтересована в обратном — в том, чтобы избавиться от лишних свидетелей, имевших отношение к раскрытию шифров.

Вместе с другими Эдит Кавель и Филипп Бокк приговорены к смерти. Троих членов группы генерал Биссинг помиловал. Эдит Кавель и Филипп Бокк были казнены 12 октября 1915 года.
Не забудьте поделиться с друзьями
Интересное про Альберта Эйнштейна
Интересное о кабачках
Интересное о теле человека
Интересное о зубной пасте
Альфред Сислей
Церковь Вознесения в Коломенском
Собор Дома инвалидов в Париже
Княгиня Ольга
Категория: Знаменитые разведчики | (13.05.2013)
Просмотров: 584 | Теги: знаменитые разведчики | Рейтинг: 5.0/1